— Был грамотный.
— Как так? А теперь?
— А теперь, братец, когда Евангелие читаю, понимаю, почти все понимаю, и еще кое-какие книги понимаю, а многое перестал понимать.
— А прежде много читали?
— Да много — и на разных языках.
— Вот как! Вы иностранные языки знаете?
— Знал, когда дурно жил.
— Вы, может быть, толстовец? — нерешительно спросил Сережа.
— Нет. Толстой умный, а я глупый. Я разумом не дорожу.
Подошел надзиратель и прикрикнул на Григория.