В это время за стеною послышались звуки рояля, и чей-то голос запел игриво и сладко:
Не тронь меня! Ведь я могу воспламениться…
Верочка закрыла лицо руками и тихо застонала, как от мучительной зубной боли.
— Что с вами, Верочка?
— Ненавижу этого Балябьева! И всех ненавижу, кто бывает у сестры. Ничтожные! Гадкие!
— Если вы ненавидите, значит они в самом деле скверные, Верочка. Это ничего, что я вас Верочкой зову?
— Конечно, ничего. А вас как зовут?
— Сергеем.
— У меня много мыслей в голове. Но мне не с кем поделиться. Мы с вами, Сережа, обо всем будем говорить? Правда?
Сережа потупился. Но Верочка, не замечая его смущения, встала и, со сложенными за спиною руками расхаживая по комнате — три шага вперед, три шага назад, продолжала говорить, как во сне: