Он закричал попу, что бы не венчал, а тот, зная цену тех крестовиков, велел дьячку купца вытолкать вон из церкви, а случившимся там крестьянам велел его связать, как нарушителя церковного благочиния. Грубые мужики, всегда послушные в таких случаях попу, Антона связали и близ церкви караулили. По окончании венчания Анисимович просил попа, что б разрешил (здесь в смысле вернул свободу, освободил) Антона, и взял с него клятвенное обещание браку его с Татианою не препятствовать, и что бы он у отца его исходатайствовал совершенное прощение и что б три дня прожить у священника и праздновать свадьбу. За что обещался сверх издержек попу дать десять рублей. Купец Антон требуемую клятву дал, ругая себя немилосердно, что ввязался в чужое дело, потом и был освобождён. Анисимович упросил купца Антона, что б он был ему посажёным отцом, а Татьяне оным же поп, а попадья - матерью. Итак, велели оные повозки перевезти к попу на двор, а господин Антон и попадья с хлебом да солью по обычаю тогдашних времён новобрачных встретили, воспевая обыкновеннее стихи.

Глава 16-ая

, сказывает о том, частью чего является, а читатель угадать может сам, если захочет.

Потом началось торжество брачное по-деревенски, то есть пили и ели, сколько могли, а молодых попадья спровадила в баню. Между тем Анисимович написал к отцу своему письмо следующим образом:

"Здравствуйте, государь-батюшка Анисим и матушка Ксения! Погибшая овца, сын ваш Василий, возвращается к вам не яко блудный сын, но с прибылью. Ведомо вам да будет, что я женился и взял в приданое 10 000 рублевиков, да и те деньги, что я на дороге взял, не потерял, целы. Не крушитесь о том, а меня грешника, простите. Меня обманул попишка Исаак. Он не поп был, а нарядный (настоящий, профессиональный, махровый, отъявленный) вор. А дорогою хотел меня зарезать, но я от него ушёл. Слёзно, рыдательно прошу, простите меня и благословите, и уведомьте; если простите, то я домой приеду, а не простите - уйду, куда глаза глядят. Сын вашего рождения Василий Анисимович и с невесткой вашею Татьяною земно кланяемся и просим благословения".

Сие письмо Анисимович тайно от купца Антона отправил к отцу в город Р. С нарочным. На другой день нарочный возвратился и привёз письмо следующего содержания:

"Сыну нашему Василию и с женою его Татьяной мир и родительское благословение! За пакостные твои дела достоин ты быть сослан на каторгу, что нас на старости так сокрушил, собака, плут нечестивый! Мать твоя от слёз и печали слегла. Я бы тебя, смердящего пса, проклял и кнутом бы выпорол, да мать упросила. Итак, шершавая собака, ради её прощаю тебя за все твои каверзы. Только не обмани в деньгах и жемчуге. А обманешь, ребра живого не оставлю. А что бы ты не ушёл, то я послал дядю твоего Игната с молодцом. Скоро приезжай. Бог вас простит. Доброжелательный отец твой Анисим и мать Ксения".

Лишь только Анисимович прочёл письмо, как явился и дядя его, Игнат, бранил его жестоко, что роду их сделал бесчестье и что в деревне женился. Но купец Антон Анисимовича молодостью и незнанием плутовских дел отца Исаака и тому подобных извинял. А как случился здесь торгаш, ехавший с ярмарки, Анисимович купил у него платков и кушаков, то молодая, поднеся большую чарку дядюшке супруга своего водки и подарив шёлковые кушак и платок, и совсем его успокоила. И, пропировав большую часть и третьего дня, отправились в город. Избегая же на первый случай от грубой черни ругательства, приехали часа в два ночи и вместо чаемой грубости приняты были от отца и матери со слезами и лобзанием и попировали с ближней роднёй до света.

Поутру Анисимович отдал отцу 15 000 рублей, а 5 тысяч рублей утаил для всякого случая, жемчугу отдал половину, а другую оставил жене своей. Старик Анисим по три дня сзывал сродников и приятелей, и пировали, и пили во всю Ивановскую.

Итак, Анисимович узнал лживых попов, был от духовного батюшки Исаака определён к смерти, лишился любовницы, попал к разбойникам, ушёл от них с двойной добычей, женился, от отца прощён. А всё сие случилось с ним на 18-ом году от рождения его в один месяц.