Когда последней я лишён уж силы.

Но я страшусь дыханье испустить,

Живу и смерть зову, и тщусь ещё любить,

Словам она моим внимать уже не станет,

И, злость в себе уняв, как розы цвет, увянет.

Томлюсь и я теперь, томлюсь я и стенаю

И, говоря вот так, себя я утешаю,

Надеждою ещё обманчивой ласкаюсь,

И сладким ядом я ещё, глупец, питаюсь.

При этом думаю, приятный, дивный час