-- Прекрасно, Мисс Вдова, раз вы этого хотите, я прочту... Сейчас шесть пятнадцать... До восьми мне никто не помешает.
После надписи, приглашающей внимательно прочесть письмо, следовал текст, обращенный лично к нему. Лепин прочитал его с жадностью.
"Господин префект, мое имя вы узнаете в тот день, когда я завершу взятую на себя задачу. По причинам, о которых прошу разрешения пока умолчать, мной выбран псевдоним "Мисс Вдова".
Не делайте никаких предположений насчет моего пола. Может быть, вы имеете дело с мужчиной, для удобства прикрывшимся женской маской, но возможно, что я и женщина.
Вы, конечно, уже узнали из газет, что Эссенский авиационный завод уничтожен пожаром. Для чего? Заявляю сразу же, что моя цель -- вернуть доброе имя человеку, который был незаслуженно обесчещен и сейчас находится в могиле. Его идея была украдена немецким шпионом, и Эссенский завод пытался претворить ее в жизнь для производства страшного оружия.
Сегодня, ровно в восемь часов, тайную фабрику, находящуюся в Париже, постигнет та же участь. Мастерские, которым преследуемый мной шпион продал украденные чертежи, перестанут существовать.
Почему я действую именно так? Потому что я хочу взволновать весь мир, чтобы под давлением общественного мнения стало известно имя подлеца, который обесчестил того, кого я хочу оправдать.
Только полное признание негодяя может исправить то, что им самим же сделано; он исчез, оставив по себе лишь фальшивое имя, которое все считали настоящим.
Мисс Вдова".
Лепин поднял голову. Лицо его выражало полное недоумение. Никогда еще префект парижской полиции не сталкивался с подобным! Шпионаж, анархисты, взрыв в Эссене, а теперь и другой взрыв, готовящийся в самом Париже!