ХРОНИКА СОВКИНО
Филиппов устанавливал на автомобиле аппарат.
В стеклянном глазке отчетливо отражалась темная бухта, усеянная судами, берега Чуркина с вихрастой сопкой и кучевые облака на востоке.
По крутой Суйфунской улице осторожно спустился серый автомобиль японского консульства. Четыре невысоких человека, не спеша, сошли на набережную.
Через несколько минут бодро, по-хозяйски пофыркивая, как бы несколько иронизируя над осторожностью предшественника, примчалась машина представителя Наркоминдела, за ней две трестовских.
— Все на местах... можно начинать, — решил Филиппов и начал.
Первыми покинули «Хозан-мару» господин Яманаси с секретарем. Оба были одеты в светлосерые костюмы, оба несли на левой руке шелковые прорезиненные дождевики, а в правой трости. Но господин Яманаси был значительно полнее своего секретаря.
За представителями «Мицу-коси» двигались представители других фирм — в порядке их веса и денежного могущества, а сзади всех — маленький, тоненький, в подвернутых брючках Медзутаки-сан.
Дальневосточная хроника Совкино пополнилась ценными физиономиями приехавших соревнователей, церемониальной встречей и не менее ценным: куском бухты, бегом древних шаланд под прямыми квадратами парусов, современными пароходами, суетней шампунек — всем, что жители Владивостока видят ежедневно, что им примелькалось и своеобразной красоты чего они обычно не чувствуют.
— Филиппов!