— Конечно, страшно, если нельзя будет воплотиться в Японии той душе, которая пленилась заблуждениями большевизма. Пролетать над островами, видеть их, видеть брачные пары, которые готовят для тебя врата в мир, и не иметь возможности проникнуть через эти врата! Но что такое заблуждение, бон-сан? Это есть не-истина, которая представляется истиной. Не так ли? Кто такие люди заблуждающиеся? Это люди, которые считают, что они не заблуждаются. Не должен ли буддистский пастор заинтересоваться тем, что заблуждение большевиков заключается в том, что они хотят, чтобы человек трудился? Согласитесь, бон-сан, на земле много темных людей, которые живут скверно, себялюбиво, смертно. И у нас в Японии не все похожи на воина Омона. Путь искупления — это прежде всего путь труда. Почему бы буддийскому пастору не порадоваться тому, что большевики создают условия для более быстрого совершенствования темных душ? Разве это не прекрасно? И разве вы не должны благословлять такую работу? А вы говорите: «я сейчас готов взять в руки меч, чтобы освободить мир от безумия», то есть от большевиков. Наша страна готовится воевать, и прежде всего с русскими. Книги, газеты, священники, министры — все хотят, все требуют войны... А я не хочу! Я хочу мира и труда, а не уничтожения. Вот как мы плохо понимаем теперь друг друга, бон-сан.
Когда они поднялись к месту пикника, вся группа сидела, стояла, лежала на краю утеса и смотрела вниз. Оттуда неслось «ура» и торжественно и гордо гремели трубы.
ПОЛЯНА СОСТЯЗАНИЙ
Графф вернулся после короткой разведки. Неподалеку в лесу он обнаружил отличный стадион. Между рекой и сопкой — совершенно ровная поляна в мелкой траве, клевере и подорожнике. Только у сопки начинались кряжистые дубы и клены.
— Не тайга, а английский парк, — сообщил он. — Ребята, стройся!
И физкультурники прыгали в реку, проваливались по колени в холод и исчезали в чаще на противоположной стороне. Остальные двинулись за ними.
Первый номер — состязание в беге. Состязались трижды. И все три раза первенство взял Графф. Этот юноша бегал изумительно. Он нарочно отставал и до половины пути шел в хвосте, вызывая у неопытных зрителей впечатление слабости, а потом начинал мелькать.
Китайцы стояли кучкой под деревьями.
— Ну, кто из вас бегать хорош? — спрашивал Сун, подмигивая правым глазом.
— Второе место нам стыдно брать, — заметил Цао, потирая от волнения руки. — Разве это человек?.. Посмотри, какие у него ноги, длинные, тонкие, круглые, как у оленя... Я предлагаю другое... — он оглядел товарищей, — я предлагаю фокусы... вот что.