Зиро тихонько свистнул, но тотчас же укусил себя за губу. Никто не расслышал свиста.
— Желающие могут вступить в профсоюз и получить членские книжки, — тихо сказал Юмено.
Вечером начался тайфун. Как всегда, внезапно. Была тишина, Между небом и землей равная стена дождя. И вот уже вздохнул, передохнул, опять вздохнул, но покрепче. Через минуту еще крепче. Гикнул, свистнул... Ударил грудью в океан, поднял и погнал вал, прыгнул в небо, засвистел, завыл, заревел, хватая тучи, разрывая, сбивая, бешено гоня.
Через двадцать минут стало ясно: небывалый тайфун погнал океан громить берега.
Рыбаки разделись и в одних поясах с неразлучными тавлинками побежали оттаскивать кунгасы.
Козару всматривался во тьму: синдо и переборщики были там, в этой тьме.
«Послать за ними катера или нет? Если послать, то сейчас! Через минуту уже не пошлешь».
Его тронули за плечо.
— Козару-сан, посылай катера! — прокричал Юмено.
И хотя перед этим Козару сам склонялся к посылке, он крикнул: