- Даже невозможных? - растягивая слова, переспросил Аттила.
- Суди сам, господин, возможно или не возможно то, что я видел. Если ты скажешь: не возможно, я сейчас же тебе представлю доказательства.
С живейшим вниманием прислушивались все присутствующие к словам германца, который продолжал на латинском языке:
- Я жил в одном из домов близ гавани. Как-то приходил ко мне Вигилий и приглашает идти вместе с ним к Хрисафию, самому могущественному лицу во всей Византии. Мы пошли. Дорога пролегала вдоль целого ряда роскошных дворцов (то был настоящий небольшой городок), принадлежащих придворным императора и его первым сановникам. Я вслух, без всякой задней мысли, высказывал удивление перед роскошью этих дворцов, а мой спутник как-то странно, исподлобья при этом взглядывал на меня (точь-в-точь как он сейчас смотрит. Только тогда в этом взгляде не было страха). Я не понимал, что означают эти взгляды. Но едва мы вошли к всемогущему евнуху, как Вигилий начал описывать ему с преувеличениями мое восхищение пред императорской роскошью...
Вигилий, затаив дыхание, жадно следил за каждым словом Эдико. Безумец, - скрежетал он зубами. - Что с ним?.. Но, может быть, он просто хитрит притворяясь здесь моим врагом и противником.
- Он говорил между прочим, - продолжал германец, - и это была чистейшая ложь, будто я хвалил жителей Византии и называл их счастливыми за то, что они богаты и ведут роскошный образ жизни...
- К чему это он клонит? - недоумевал Вигилий, чувствуя все большую робость.
- Тогда Хрисафий сказал: "Ты можешь, Эдико, иметь точно такой же дом с золотой крышей и купаться в золоте. Стоит тебе только захотеть". - Я изумился. - "Стоит тебе только покинуть царство гуннов, - продолжал он, - и переселиться к нам"...
- Он обо мне ничего не говорил. Значит, можно быть покойным, - подумал Вигилий.
- От удивления я не мог сказать ни слова. Тогда... - вдруг он повернулся к Вигилию и, указывая на него пальцем, с гневом воскликнул, - тогда в разговор вмешался вот этот самый Вигилий...