- Да, - подтвердил ободренный Теодагад. - Оставь нас, я буду делать то, что мне нравится. Вот смотри, я подписываю договор на твоих глазах. - И он подписал.
- Вот видишь, - с довольный улыбкой сказал Петр: - ты пришла как раз вовремя, чтобы подписаться, как свидетельница.
- Нет, - ответила Амаласвинта, грозно взглянув на них обоих, - я пришла вовремя, чтобы разрушить ваш план. Прямо отсюда я отправлюсь в народное собрание и объясню там всему народу предложения и планы Византии, а также измену этого короля.
- Но ты этим обвинишь и себя, - спокойно заметил ей Петр.
- Да, я обвиню и себя. Я разоблачу всю свою глупость, всю свою кровавую вину и охотно приму смерть, которую заслужила. Но этим самообвинением я предупрежу и подниму весь народ: вас встретит целый лес оружий, и своею смертью я спасу готов от опасности, которую навлекла на них при жизни.
И в благородном одушевлении она вышла из комнаты. Теодагад в испуге смотрел на Петра.
- Посоветуй, помоги, - пролепетал он наконец.
- Советовать? Тут только одно может помочь. Эта безумная погубит всех нас. Ни в каком случае не должна она выполнить свою угрозу. Ты должен позаботится об этом, - ответил Петр.
- Я? Что я могу сделать? Где Готелинда? Она, она может помочь! - вскричал в отчаянии Теодагад.
- Она и префект, - сказал Петр. - Пошли за ними.