- Ну? - с нетерпением прервал Велизарий.
- Жаль только, что она подложна.
- Подложна? - с торжеством вскричал Велизарий. - Префект, друг, можешь ли ты доказать это?
- Конечно. Иначе я не решился бы говорить об этом. Пергамент, на котором написана дарственная, носит все признаки древности. Он изломан, пожелтел, покрыт всякого рода пятнами, так что местами трудно даже разобрать буквы. Он изготовлен на старинной императорской фабрике, основанной в Византии еще Константином.
- Скорее к делу! - вскричал Велизарий
- Но всякому известно, - только святой отец; очевидно, не знал этого, - что эта фабрика ставит на левом краю всех своих пергаментов штемпель с указанием года, - имена консулов, правивших в том году. Конечно, имена эти написаны так мелко, что их едва можно рассмотреть, А теперь смотри, военачальник: в документе говорится, что он составлен в шестнадцатом году Царствования Константина, и совершенно правильно называет консулов того года - Далмация и Ксенофила. но в таком случае нельзя не видеть истинного чуда в том, что уже во время Константина, двести лет назад, было точно известно, кто будет консулом в год смерти Теодориха и Юстина. Вот взгляни сам, Велизарий. Видишь здесь, на краю, штемпель? - правда, его можно рассмотреть только на свет. Видишь? "Юстиниан Август, единый консул в первый год своего царствования".
Сильверий бессильно опустился на стул.
- Епископ Рима, что можешь ты возразить на это? - с торжеством спросил Велизарий.
Сильверий с трудом овладел собою и едва слышным голосом ответил:
- Я нашел этот документ в архиве церкви. И если вы правы, то я обманут, как и вы. Я ничего не знал о штемпеле, клянусь ранами Христа, не знал!