- Мы ходили за вином.
- А, вижу: старое фалернское? Ведь оно очень дорого. Чем вы заплатили за него?
- Чем? - повторил старик, - самым чистым золотом в мире.
И его голос дрогнул от волнения.
- Я рассказал ей, что префект велел не выдавать ему вина, и что я отделяю для него понемногу от других порций. Но она не захотела этого. Она подумала, и спросила: "Правда ли, Дромон, что богатые римлянки платят очень дорого за золотые волосы готских женщин?" Я в простоте ответил ей: "да". Она пошла, отрезала свои чудные косы. Мы продали их и купили вина.
Вахис бросился к ногам Раутгунды.
- О госпожа, - вскричал он, растроганный, - верная, добрая госпожа!
- Но говори же, что сказал мой сын? - спросил Дромон.
- Через два дня, ночью, он будет на страже у пролома в стене подле башни Аэция, - ответил Вахис.
- Хвала всем святым! - с облегчением вскричал Дромон. - Мы спасем его. А я боялся...