- О, скажи "да", скажи "да": моя жизнь - больше жизнь, зависит от этого.
- Да в чем же дело? - с неудовольствием спросил удивленный Тотила, отступая назад: дикая пылкость корсиканца была противна его натуре.
- Скажи "да": ведь ты обручен с дочерью короля вестготов? Валерия свободна? Да?
Тотила наморщил лоб и с гневом покачал головою.
- Не удивляйся... не спрашивай! - продолжал Агалла. - Да, я люблю Валерию со всей страстью. Люблю почти до ненависти. Несколько лет назад я просил ее руки, но узнал, что она твоя, и уступил. Всякого другого я задушил бы собственными руками. Но тебе уступил и уехал - в Индию, Египет. Я бросился во все опасности, предавался всевозможным наслаждениям. Напрасно: ни чем не могу я изгнать образ ее из своей души. Я жаждал ее, как пантера крови. Я проклинал и себя, и тебя, и ее, думая, что она давно уже твоя. Но вот в Александрии я встретился со знакомым мне купцом из вестготов. Он рассказал мне, что ты избран королем и женишься на дочери их короля Агилы, а что Валерия живет одна в замку Тагины. Он клялся, что это правда. Я в тот же день поехал сюда. У берегов Крита я встретил порядочный отряд. Это были персы, которых Юстиниан нанял для войны с тобою. Они находились под начальством Исдигерда, моего старого знакомого. От него я узнал, с каким громадным войском Нарзес вторгся в Италию. И вот я решил заплатить тебе мой старый долг благодарности: я предложил Исдигерду двойную сумму и привел его сюда. В отряде две тысячи всадников.
- О, - вскричал обрадованный Тотила, - благодарю тебя. Такая помощь мне очень кстати.
- Но ты не ответил мне. Что ты не женат, это я знаю. Но говорят, что Валерия... не свободна... что она... О, заклинаю тебя, скажи, свободна ли она?
И он снова схватил руки Тотилы. Но тот с досадой отдернул их.
- Все та же старая необузданность! - с неудовольствием сказал Тотила.
- Отвечай, гот! - с гневом вскричал корсиканец. - Говори, да или нет?