- Да, я доволен, - ответил Цетег, возвращая прочитанный документ.
- Я обещал не делать ми малейшей попытки овладеть городом силой, - сказал Нарзес. - Надо прежде отправить короля Тейю вслед за королем Тотилой.
Тейя между тем прекрасно воспользовался задержкой врага у Фоссатума. Оставив фламиниеву дорогу, он бросился на восток, к берегу моря, прошел Самниум и отсюда уже свернул на юго-запад, к Неаполю. Дорогой он узнал, что византийцы из Капуи угрожают Кумам.
- Ну, нет, - вскричал Тейя, - мы должны поспеть в этот город раньше их. Там у меня есть важное дело.
Оставив для защиты женщин и детей небольшой отряд, сам он бросился к Капуе и неожиданным нападением совершенно уничтожил значительное византийское войско. Эта удача была последней улыбкой готам бога побед. На следующий день Тейя вступил в Кумы.
Посреди этого города возвышалась высокая, крепкая башня, окруженная толстыми, высокими стенами. В этой башне содержались римские заложники, которых Тотила взял с собою, когда в последний раз уходил из города. Их было около трехсот человек, самых знатных граждан Рима, - сенаторов, патрициев. Они были приведены в эту башню ночью, в глубокой тайне, и, как ни старались римляне узнать, где они находятся, им это не удалось.
Теперь Тейя вошел в эту башню с несколькими готами, успевшими спастись во время последнего избиения их в Риме. По его повелению, готы рассказали заложникам, как римляне, возбужденные подосланными Нарзесом людьми, в одну ночь умертвили всех готов в городе, даже женщин и детей. Так ужасен был взгляд Тейи во время этого рассказа, что заложники поняли, что участь их решена. И действительно, через час головы их были выставлены на стенах города.
- Но не только за этим торопился я сюда, - сказал Тейя Адальготу. - Есть еще один священный долг, который мы должны исполнить здесь.
И он пригласил всех вождей к себе на ужин. Когда печальное торжество было окончено, он сделал знак Гильдебранду. Тот тотчас встал и взял горящий факел.
- Идите за мною, товарищи, - сказал он. - Возьмите с собою свои щиты.