- Победа - моя, но лавры - твои. Что будет после - не знаю. Но сегодня, король Тейя, приветствую тебя, как величайшего героя всех времен. Вот, возьми!
И он положил поднесенный ему Василиском венок на бледный лоб покойника. Носильщики подняли носилки и прежним мерным, торжественным шагом двинулись дальше к берегу моря.
Вслед за Тейей пронесли высокий пурпуровый трон, на котором покоилась величественная фигура Дитриха Бернского, с короной на голове, с высоким шитом в левой руке и с мечом, прислоненным к правому плечу. С левой стороны рядом с троном шел старик Гильдебранд, не сводя глаз с трепа своего дорогого короля, фигура которого ярко освещалась лучами заходящего солнца. Высоко над головой великого покойника развевалось его знамя - поднимающийся лев. Вечерний морской ветерок тихо колыхал складки знамени и, казалось, нашептывал последнее "прости" героям.
Когда этот труп поравнялся с Нарзесом, больной с усилием приподнялся в своих носилках и с глубоким почтением склонил перед ним свою голову.
- Узнаю и приветствую тебя, мудрый король Равенны. Только что пронесли самого сильного, теперь несут самого великого из королей.
За Теодорихом потянулся ряд носилок с раненными. Впереди Вахис с тремя воинами нес Алигерна на его щите. За ранеными понесли ящики, корзины и сундуки с королевскими сокровищами. Затем шли неспособные к оружию - женщины, дети, глубокие старики. За ними отряд мальчиков, начиная с десяти лет: они не захотели возвратить вверенное им оружие. Из них образовали отдельный отряд. Нарзес не мог сдержать приветливой улыбки, когда эти маленькие белокурые герои важно прошли мимо, решительно и свирепо глядя на него.
- О, - сказал он, - наследникам Юстиниана и их полководцам будет еще много работы!
Остатки воинов замыкали шествие.
На берегу ждали многочисленные лодки, которые перевозили готов на корабли. Трупы Тейи и Теодориха с королевскими знаменами и сокровищами были помещены на корабль Гаральда и его сестры. Пурпуровый трон великого Дитриха Бернского был поставлен у главной мачты. У ног короля примостился старый Гильдебранд, Адальгот же и Визанд стоял у трупа короля Тейи, который они положили у руля. С глубокою грустью подошел к ним могучий Гаральд со своею сестрою и, положив руку на грудь покойника, сказал:
- Я не мог спасти, храбрый король, ни тебя, ни твоего народа. Позволь же мне увезти хотя труп твой и остатки твоего народа в землю верных и храбрых, откуда вам никогда не следовало уходить. Итак, король Фроде, все же я веду к тебе народ готов!