-- Екатерина думала, -- отвѣтилъ Волконскій: графъ Стенбокъ, двадцать лѣтъ назадъ, подавалъ мнѣніе о вольныхъ фермерахъ... Малиновскій совѣтовалъ объявить волю всѣхъ крестьянскихъ дѣтей, родившихся послѣ изгнанія Наполеона.
-- Мордвиновъ предлагалъ планъ, -- подхватилъ Орловъ: чтобы каждый, кто внесетъ за себя въ казну извѣстную сумму, по таксѣ, или пойдетъ охотой въ солдаты, былъ свободенъ.
-- Опять Мордвиновъ! но вѣдь это все галиматья!-- нетерпѣливо проговорилъ Александръ Львовичъ: quelle idée! воля безъ земли, безъ права на свой уголъ, пашню, домъ.... вѣдь фермеры....
-- Отсталъ, отсталъ! -- живо крикнули Давыдову Орловъ, младшій братъ и Волконскій: съ землею! рѣшаютъ дать землю!
-- Кто рѣшаетъ? удивленно спросилъ и даже приподнялся Александръ Львовічъ, глядя на собесѣдниковъ.
Тѣ странно замолчали.
-- Охъ вы, кроители законовъ и жизни!.. скучно!.. Партія! но вѣдь и Аракчеевъ партія.... потягайся съ нимъ!
-- Такъ по твоему все хорошо? и военныя поселенія?-- спросилъ брата младшій Давыдовъ.
-- Нѣтъ, этого не хвалю.
-- Наконецъ-то! но почему?