-- Потом, извините, вы всегда кичились свободой и мягкостью ваших нравов, допытывал французов Порошин. -- А у вас вон и теперь существует казнь...
-- Нельзя! -- отвечали находчивые парижане. -- Каждый народ имеет право принимать меры в ограждение своей безопасности от преступников и злодеев!
-- Но еще нелепость... Вы кичитесь республикой, равенством, свободой, а у вас, кроме китайского, общего всем вам гнета, есть еще местный, частный гнет... еврейский! Кроме многих прежних династий, вы проходите наконец через династию израильских президентов своей республики, Ротшильдов... Извините, но это -- позор! Евреи восседают у вас на троне Генриха IV и Людовика XIV, банкиры, биржевики красуются в креслах Робеспьера и Мирабо... Этого не представляла история даже таких торгашей, как англичане; у них тоже были и есть свои Ротшильды, но те у них не шли и не идут дальше банкирских контор и несгораемых сундуков...
-- Это мы сделали поневоле.
-- Как поневоле?
-- Евреи с началом нынешнего, XX века, через свои банкирские конторы, завладели всею металлическою монетою в мире, всем золотом и серебром. Производя давление на бирже, они получили неотразимое влияние и на выборные классы великой, но завоеванной китайцами Франции. Зато при первом же президенте из дома Ротшильдов у нас оказался финансовый рай: полное равновесие прихода с расходом в бюджете, устройство всех общественных отправлений на акционерный лад и окончательное введение удобных бумажных денег, вместо металлических...
-- Но вы говорите, что Ротшильды взяли верх через захват в свои руки всех металлов в мире?
-- Да, золото всего мира перешло к ним, они им и доныне владеют, а нам за него предоставили, в виде векселей на себя, очень красиво отпечатанные ассигнации. Это значительно удобнее, их легко носить в кармане. Золото любят у нас носить одни, как вы, иностранцы.
-- Вы упомянули также об устройстве всех общественных нужд на акционерный лад.
-- Точно так.