128. Въ куски въ куски (въ подлин.: а brano а brano). "Данте весьма часто употребляетъ оборотъ удвоенія слова, который и теперь есть одна изъ характеристическихъ чертъ живаго языка Италіи. Оборотъ сей употребляется для усиленія выраженія, иногда для показанія послѣдовательности. Онъ есть самый живой оборотъ и напоминаетъ совершенно свѣжіе обороты Иліады, взятые также изъ устъ народа. Онъ находится и въ вашемъ народномъ языкѣ." Шевыревъ.
133. Іакопо, падуанскій дворянинъ, изъ фамиліи Сант' Андреа, знаменитый мотъ своего времени. Какъ примѣръ его безумной расточительности, разсказываютъ, что однажды, гуляя по р. Брентѣ, онъ забавлялся тѣмъ, что подъ звукъ музыки бросалъ множество золотыхъ монетъ въ рѣку; въ другой разъ онъ зажегъ свою виллу для того, чтобъ показать гостямъ своимъ великолѣпное зрѣлище пожара. Бенвенуто да Имола.
143--150. Здѣсь разумѣется Флоренція.
151. Неизвѣстно, кто этотъ говорящій самоубійца. Одни называютъ его Рукко де' Модзи, другіе Лотто дельи Альи. Послѣдній былъ флорнетинецъ, который, промотавъ свое богатство, для полученія денегъ произнесъ неправильный приговоръ судебный и потомъ въ отчаяніи повѣсился въ собственномъ домѣ.
ПѢСНЬ XIV.
Содержаніе. При имени Флоренціи, Данте, растроганный любовью къ отечеству, подбираетъ разбросанные листья флорентинца и складываетъ ихъ вокругъ его куста. За тѣмъ поэты приходятъ къ границѣ, отдѣляющей второй отдѣлъ седьмаго круга отъ третьяго, гдѣ казнится насиліе противъ Бога. Предъ глазами Данта открывается необозримая и безплодная степь, горячіе пески которой вѣчно раскаляются огнемъ, падающимъ на нихъ длинными полосами. Грѣшники образуютъ изъ себя три стада: одни лежатъ навзничь: кто богохулители; другіе сидятъ, скорчившись: кто ростовщики; третья, самая большая толпа содомитовъ находится въ вѣчномъ бѣгствѣ.-- Потомъ, все болѣе и болѣе удаляясь отъ лѣса и миновавъ первую толпу богохулителей, поэты приходятъ къ клокочущему потоку Флегетону, на который Виргилій обращаетъ особенное вниманіе Данта и при этомъ случаѣ объясняетъ ему происхожденіе адскихъ рѣкъ. Всѣ воды адскихъ рѣкъ происходятъ отъ слезъ статуи Времени, въ образѣ старца стоящей на г. Идѣ и литой изъ золота, серебра, мѣди, желѣза и глины. За исключеніемъ головы, литой изъ золота, всѣ части ея тѣла прорѣзаны морщинами отъ слезъ, которыя, сливаясь въ адъ, образуютъ Стиксъ, Ахеронъ, Флегетонъ и Коцитъ. Данте спрашиваетъ о Летѣ и узнаетъ, что рѣка забвенія помѣщена въ чистилищѣ -- За тѣмъ путники пересѣкаютъ песчаную степь, идя мощенымъ берегомъ Флегетона, надъ которымъ гаснетъ огонь.
1. Къ отечеству подвигнутый любовью,
Я, подобравъ листы, ихъ возвратилъ
Тому, который смолкъ, облитый кровью. --
4. Тутъ мы пришли туда, гдѣ смеженъ былъ