93. Данте не легкая тѣнь, какъ другія души, а потому тяжесть его тѣла слишкомъ обременила бы легкую ладью тѣней.
95--96. Т. е. на небѣ. Этими же самыми словами Виргилій укрощаетъ гнѣвъ Миноса, адскаго судіи (Ада Ѵ, 22--24).
97. Пластически-вѣрное изображеніе беззубаго старика, который, когда говорить, приводитъ въ сильное движеніе щеки и бороду.
100. Это души прочихъ грѣшниковъ, не принадлежащихъ къ сонму ничтожныхъ и долженствующихъ услышать отъ Миноса приговоръ, сообразно которому они займутъ мѣста въ аду.
102. Слова Харона повергаютъ грѣшниковъ въ ужасъ и отчаяніе. Неподражаемо-страшно представлено ихъ состояніе въ эту рѣшительную минуту.
111. Подражаніе Виргилію, хота Дантово сравненіе несравненно прекраснѣй:
Quam multa in silvis antumni frigore primo
Lapsa cadunt folia. Aeneid. VI, 309--310.
121--123. Это отвѣть Виргилія на вопросъ, предложенный ему Дантомъ выше (ст. 72--75).
125--126. Правосудіе, подвигшее Бога создать мѣсто казни, побуждаетъ, грѣшниковъ, какъ бы по собственному ихъ. желанію, занять уготованную имъ обитель.