45. Т. е. было черно, какъ у народовъ, обитающихъ у водопадовъ Нила.
55. Мяло (maciulla), орудіе, которымъ мнутъ ленъ, или пеньку.
37--64. "Чудовищный образъ Люцифера задуманъ по идеѣ весьма глубокомысленной. Вооруженный безперыми крыльями, свойственными только птицамъ ночи, чѣмъ болѣе усиливается онъ взлетѣть на нихъ, тѣмъ болѣе чувствуетъ вѣчную свою неволю; ибо потокъ грѣховный, имъ же возбуждаемый (Ада XIV, 112 и прим.), обратно устремляетъ къ нему свои волны, которыя и замерзаютъ въ мертвый ледъ отъ вѣянія крылъ его -- прямая противоположность тому потоку блаженства, который, исхода свыше, животворитъ вселенную (Рая XXX, 61). Какъ прекрасенъ былъ нѣкогда Люциферъ, такъ теперь онъ гнусенъ. Безобразно-страшнымъ чудовищемъ воздымается онъ въ средоточіи вселенной, въ центрѣ тяжести амѳитеатра адскихъ круговъ -- исполинскій символъ самой черной совѣсти. Въ каждомъ изъ трехъ своихъ зѣвовъ онъ терзаетъ по одному грѣшнику; но, самъ мучитель, плачетъ, на себѣ испытуя жесточайшую муку, плачетъ кровавыми слезами, орошающими три соединенныя вмѣстѣ лица его! Мудрость божественная уже не свѣтитъ ему, мысль о Божіемъ всемогуществѣ есть его огненная мука, а отъ святой любви божественной онъ самъ отложился: такимъ образомъ испытуетъ онъ самъ на себѣ всѣ казни своего тройственнаго царства -- тьму, жаръ и холодъ (Ада III, 87 и пр). Изъ очей его чернаго лица льются слезы его чувственнаго ослѣпленія, слезами кроваво-огненнаго лица онъ оплакиваетъ свое дерзновенное насиліе; блѣдно-желтый заливается слезами его обмана. Этимъ тремъ грѣховнымъ побужденіямъ соотвѣтствуютъ и три бури, возбуждаемыя его крылами; имъ же соотвѣтствуютъ и три чудовища первой пѣсни: обезумливающій сладострастіемъ Барсъ, угрожающій насиліемъ Левъ и, мать обмана, губительная своею скупостью Волчица. Три грѣшника испытываютъ злѣйшую муку въ тройственной власти Люцифера: въ передней -- Іуда, предатель своего Божественнаго Благодѣтеля и царствія Божія: за то и казнь ему изъ всѣхъ жесточайшая; другіе два виновны вередъ свѣтскою властію Римской Имперіи, какъ измѣнники своей верховной главѣ и благодѣтелю Цезарю; они висятъ внизъ головами: увлеченный страстями Брутъ изъ черной, дѣйствовавшій по холодному ращету Кассій изъ блѣдно-желтой пасти. Такъ на самомъ днѣ ада Данте является въ одно время и Христианиномъ и гибеллиномъ." Копишъ.
68. И такъ время теперь между 5 и б часовъ вечера 26 Марта, 6 или 9 Апрѣля; слѣд. теперь опять ночь, какъ и въ началѣ замогильнаго странствованія, изъ чего заключить должно, что Данте находился въ аду 24 часа, изъ которыхъ 12 употреблено на прохожденіе шести верхнихъ и 12 на прохожденіе трехъ нижнихъ круговъ (Ада II и XI). Филалетесъ.
76--77. Т. е. до бедреннаго сочлененія, которое положеніемъ своимъ соотвѣтствуетъ почти срединѣ тѣла.
78--80. Если вообразимъ себя въ центрѣ земли, то для того, чтобы перейдти на другое полушаріе, мы дѣйствительно не можемъ представить себѣ другаго средства, кромѣ того, къ которому прибѣгаетъ теперь Виргилій, т. е. мы должны перевернуться такъ, чтобы голова была тамъ, гдѣ прежде были ноги. Поэтому очень естественно, что Виргилій опускался внизъ до тѣхъ поръ, пока не достигъ центра земли; а потомъ, перепрокинувшись, и миновавъ эту точку, долженъ былъ подыматься вверхъ, хотя и въ томъ и въ другомъ случаѣ двигаться все по одной линіи. Столько же естественно и то, что такъ какъ средина Люцифера совершенно соотвѣтствуетъ центру земли, и такъ какъ верхняя половина его тѣла находится внутри нашего, а нижняя внутри другаго полушарія, то путники, перешедши этотъ пунктъ, должны видѣть ноги Люцифера поднятыми вверхъ. Впрочемъ все это имѣетъ и нравственный смыслъ. Средоточіе земли, по представленію поэта, есть не только центръ тяжести физической, но и духовной,-- центръ, къ которому тяготѣетъ все матеріальное, грѣховное, тогда какъ все очищенное отъ грѣха, все чистое и духовное, представителемъ коему самъ Данте, стремится къ небу и притомъ дорогой діаметрально противоположной той, которая ведетъ къ началу грѣха -- Люциферу. Это двѣ духовныя силы центробѣжная и центростремительная господствуютъ во всей поэмѣ. Штрекфуссъ.
93. Т. е. центръ тяготѣнія всего міра (по представленію поэта).
96. Третій часъ (въ подлин.: a mezza terza), т. е. 2 1/2 часа по восхожденіи солнца (т. е. уже утро), смотря по тому, въ какомъ мѣсяцѣ примемъ начало странствія Данта -- въ Мартѣ или Апрѣлѣ: если въ Мартѣ,то теперь на южномъ полушаріи 1/2 9 часа утра, а на нашемъ 1/2 11 часа вечера; а если въ Апрѣлѣ, то теперь 8 часовъ утра на южномъ и 10 часовъ вечера на нашемъ полушаріи. Филалетесъ.
105. Поэты употребили только 2 1/2 часа на путешествіе по клочьямъ шерсти Люцифера, а между тѣмъ солнце перешло уже отъ вечера къ утру: это удивляетъ Данта; но Виргилій (ст. 118) объясняетъ ему, что если за одномъ полушаріи ночь, то на другомъ день, особенно у антиподовъ. Такъ какъ поэты вышли на южное полушаріе въ точкѣ совершенно противоположной той, въ которой они вошли въ адъ на нашемъ полушаріи, то очевидно, что на сколько впередъ подвинулся день на одной сторонѣ земли, на столько подвинулась ночь за другой.
108. Грѣшную землю Данте представляетъ яблокомъ, котораго сердцевину точитъ червь,-- отецъ грѣха. Копишъ.