Избѣгая преслѣдованій, многіе члены дома Колонна нашли убѣжище при дворѣ Филиппа Прекраснаго, короля французскаго. Этотъ монархъ, прежній другъ Бонифація, теперь, нарушивъ неприкосновенность правъ духовенства отнятіемъ ихъ доходовъ, поссорился съ папою, будучи поддерживаемъ въ этой борьбѣ не только чинами, но и духовенствомъ своего королевства. Вскорѣ вражда ихъ дошла до того, что адвокатъ королевскій, Вильгельмъ Ногаретъ, подалъ королю обвинительную грамоту, въ которой уличалъ Бонифація во всевозможныхъ преступленіяхъ: святокупствѣ, волшебствѣ и ереси. Тогда Бонифацій призвалъ французское духовенство на соборъ въ Римъ для обузданія Франціи въ ея злоупотребленіяхъ по управленіямъ духовному и гражданскому; узнавъ же, что король запретилъ своему духовенству присутствовать на этомъ соборѣ, отлучилъ Филиппа и всѣхъ его соумышленниковъ отъ церкви. Это заставило короля прибѣгнуть къ насильственнымъ мѣрамъ. Ногаретъ, Шіарра Колонна и др. враги папы прибыли въ Италію и, сдѣлавъ десантъ въ Стаджіи, между Флоренціей и Сіенной, напали на папу въ Ананьи. Въ эту критическую минуту Бонифацій обнаружилъ необыкновенное присутствіе духа: въ полномъ папскомъ облаченіи, колѣнопреклоненный предъ алтаремъ, 86 лѣтній старецъ спокойно ожидалъ заговорщиковъ; они же, будучи поражены невольнымъ благоговѣніемъ, не осмѣлились наложить на него руку, а только требовали, чтобы онъ явился на соборъ Ліонскій. Послѣ трехсуточнаго грабежа, произведеннаго ими въ Ананьи народъ, образумившись отъ страха, наконецъ освободилъ папу. Но гнѣвъ и страхъ до того потрясли его душу, что въ Рими, куда онъ послѣ того прибылъ, вообразилось ему, что его держатъ въ заключеній въ домѣ Орсини: послѣ неудавшейся попытки къ бѣгству, Бонифацій со всѣми признаками помѣшательства заперся въ своей комнатѣ, гдѣ и найденъ на другой день мертвымъ (11 Октября 1303).
Гвельфскій историкъ, Виллани, слѣдующими чертями изображаетъ его характеръ: "Папа Бонифацій былъ весьма начитанъ въ св. Писаніи, имѣлъ природный умъ, славился великою мудростію и опытностію, обладая обширными свѣдѣніями и прекрасною памятью; но вмѣстѣ съ тѣмъ былъ гордъ, высокомѣренъ и жестокъ къ своимъ врагамъ и противникамъ. Отличаясь необыкновенною смѣлостью, онъ внушалъ во всѣхъ страхъ своего имени, возвысилъ значительно и увеличилъ доходы святой церкви. По его повелѣнію, кардиналы мессеръ Гюильельмо да Бергамо и мессеръ Риккардо да Сіенна, великіе знатоки правъ и декреталій, издали, подъ его собственнымъ иждивеніемъ (ибо и онъ былъ отличнымъ знатокомъ каноническаго права), шестую книгу декреталій, служащую нѣкоторымъ образомъ свѣтомъ для всѣхъ прочихъ законовъ и канона. Онъ щедро награждалъ людей храбрыхъ и ему преданныхъ, сильно домогался свѣтскаго великолѣпія и былъ весьма алченъ до золота, не совѣстясь пользоваться всякаго рода пріобрѣтеніями для обогащенія церкви, или своихъ племянниковъ. Въ свое папствованіе онъ избралъ многихъ ему преданныхъ людей въ кардиналы, въ томъ числѣ двухъ своихъ племянниковъ, которые въ то время были еще очень молоды, и одного дядю по матери, а также 20 епископовъ и архіепископовъ изъ своихъ родственниковъ и друзей въ небольшомъ городкѣ Ананьи; другимъ своимъ племянникамъ и ихъ сыновьямъ, имѣвшимъ титулъ графовъ, онъ оставилъ огромныя богатства." Hist. Villani, Hist. Fior. Libr. VIII. Cap. 64.
Знать эти подробности o Бонифаціѣ потому необходимо, что объ этомъ человѣкѣ, равно какъ и о многихъ событіяхъ его жизни, очень часто упоминается въ Дантовой поэмѣ {Ада XIX, 53; XXVII, 7085. Чистил. XX, 87. Рая IX, 132; XII, 90; ХVII, 49; XXVII, 92; XXX, 148.}. Филалетесъ.
II.
ПОЛИТИЧЕСКОЕ СОСТОЯНІЕ ГОРОДОВЪ РОМАНЬИ ВЪ 1274--1302.
(КЪ XXVII ПѢСНѢ АДА И XVI ЧИСТИЛИЩА).
Романья укрѣпилась въ это время цѣлымъ рядомъ городовъ большихъ и малыхъ. Между первыми отличались: Болонья, Имола, Фаэнца, Форли, Чезена, Равенна, Римини; между вторыми: Берттиноро, Червія, Форлимпополи и др. Кромѣ того, между мѣстнымъ дворянствомъ славились могущественныя фамиліи графовъ Кастракаро, Коніо, Баньякавалло, Каттани да Медичиза, Кальболези, Траверсара, Пагани и др., которыя впрочемъ всѣ вошли въ связь съ какой нибудь изъ городскихъ общинъ.
Въ Романьѣ, какъ и во всей Италіи, имѣло мѣсто гибельное раздѣленіе на партіи Гвельфовъ и Гибеллиновъ, распространившихся въ особенности въ Болоньи по всей провинціи подъ названіемъ 1274 г. Іюня 2-го, партіи Ламбертадзіевъ или Гибеллиновъ, въ числѣ 12,000,-- а по показанію Гирардаччи, основанному на архивныхъ документахъ, въ числѣ 15,000 человѣкъ,-- была изгнана ея противниками Джеремеями изъ Болоньи. Послужило ли поводомъ къ этому изгнанію романтическое приключеніе съ Имельдою Ламбертадзи, которой возлюбленный, Бонофаціо Джеремеи, былъ у нея застигнутъ и убитъ ея братомъ, какъ разсказываетъ Гирардаччи,-- кто такой вопросъ, который я не берусь рѣшить. Въ подлинныхъ документахъ я нашелъ только то, что Джеремеи успѣли склонить народъ къ войнѣ съ г. Форли, вопреки желанію партій Ламбертадзіенъ, бывшихъ въ пріязни съ жителями этого города и желавшихъ начатъ войну съ Моденою , отказавшейся принять ихъ изгнанниковъ: отсюда произошла въ городѣ ссора, кончившаяся изгнаніемъ Гибеллиновъ.
Изгнанники искали и нашли покровительство и защиту въ пріязненныхъ имъ городахъ, и въ то время, какъ Болонцы склоняли на свою сторону Имолу и Баньякавалло, составился въ отпоръ имъ могущественный союзъ, преимущественно изъ общинъ городовъ Форли и Фаэнцы, къ которымъ присоединились изгнанники изъ Чезены, Равенны и Римини. Въ двухъ послѣднихъ городахъ господствовали въ то время Полента и Малатеста, двѣ фамиліи, которыя хотя и причисляли себя къ Гвельфамъ, однакожь, когда дѣло касалось обезпеченія ихъ могущества, легко перемѣняли цвѣтъ своей партіи.
Во главъ союза Ламбертадзіевъ стоялъ храбрый и опытный въ ратномъ дѣлѣ графъ Гвидо да Монтефельтро, который у Данта не даромъ называетъ Романью своею. {Ада XXVII, 29--30 и прим.}