(Д. III, сц. 4).
Онъ, впрочемъ, сознаетъ свою неспособность приноровиться къ сложнымъ и утонченнымъ условіямъ жизни его второй родины. Когда все просто и открыто, онъ разсчитываетъ на собственное сужденіе и на собственную энергію. Онъ господствуетъ надъ событіями, когда они несложны и требуютъ лишь рѣшительнаго распоряженія. Когда въ ночь бѣгства Дездемоны изъ дома отца, Брабанціо и его свита съ факелами и оружіемъ встрѣчаютъ его и схватка, повидимому, неизбѣжна, Отелло усмиряетъ всѣхъ одной непоколебимой силой своей воли:
Умѣрьте гнѣвъ, друзья мои, вложите
Вы свѣтлые мечи свои въ ножны,
Не то роса ихъ ржавчиной покроетъ.
(Д. I, сц. 2).
Но онъ неспособенъ внимательно изслѣдовать сложные факты; онъ теряется; "спутанный коварствомъ", онъ "безсиленъ" {П. И. Вейнбергъ передаетъ слова:
Of one, not easily jealous, but being wrought
Perplex'd in the extreme
стихами: