Хотѣла-бъ я, напротивъ, чтобъ былъ строже
Уставъ блаженной мученицы Клары.
(Д. I, сц. 3).
Эта строгость Изабеллы не происходитъ оттого, чтобы она отказывалась отъ своей доли женскихъ радостей и надеждъ; ей дорогъ ея братъ, ей дорога ея подруга Джульетта, ей дорога память отца, ея строгость составляетъ лишь часть жизненной энергіи ея сердца; живя дѣятельно, она должна быть чиста сердцемъ; и она смотритъ на монастырь, какъ на мѣсто, гдѣ ея энергія можетъ расходоваться на серьезныя усилія достигнуть идеальныхъ цѣлей. Физическія страданія остаются физическими страданіями для Изабеллы, румянныя щеки которой свидѣтельствуютъ о ея физическомъ здоровьѣ и силѣ; но физическія страданія поглощены радостью усиленнаго духовнаго бытія: --
Когда бы смерть висѣла надо мною,
Когда бъ на мнѣ лежали, какъ рубины,
Рубцы отъ бичеванья -- я для смерти
Раздѣлась бы такъ точно, какъ для сна
Желаннаго, но тѣла на позоръ
Не отдала бы.