Бардовъ. Такъ точно.
Томасъ. А спиной къ ней, то стою на югъ?
Бардовъ. Да; а можешь ты также отыскать востокъ и западъ?
Томасъ. Вѣдь востокъ тамъ, гдѣ восходитъ солнце?
Бардовъ. Вообще да; но собственно тамъ, гдѣ оно восходитъ весной и осенью, но теперь не видать солнца, которымъ ты могъ бы руководиться.
Томасъ. Такъ я не могу и найти востокъ и западъ.
Бардовъ. Не знаешь ли ты, Генрихъ?
Генрихъ. Я думаю, что если лице мое обращено къ сѣверу, то востокъ долженъ быть справа, а западъ слѣва.
Бардовъ. Совершенно справедливо. Сверхъ того, знаніе востока и запада, сѣвера и юга, а равно созвѣздій бываетъ иногда весьма важно и необходимо. Разскажи-ка, Генрихъ, твоему пріятелю, какъ ты заблудился разъ въ большомъ болотѣ.
Генрихъ. Видишь, Томасъ, у меня есть дядя, который живетъ на разстояніи полутора часа отсюда. Однажды отецъ мой послалъ меня къ нему, но такъ поздно, что я могъ пуститься въ обратный путь только съ наступленіемъ совершенной темноты. Дядя уговаривалъ меня остаться ночевать, но я не могъ принять это предложеніе, потому что отецъ приказалъ мнѣ вернуться къ ночи домой. Такъ я и отправился въ походъ, и, когда достигъ болота, сдѣлалось еще темнѣе.