Бильо, еще накануне пожара, перевел свое судно за мост и оно осталось цело. А корабль Рэмбера, ставший на его место, сгорел. Между тем племянники Рэмбера, видя как горит его судно, чуть не радовались, думая что это горит Бильо. По этому образчику ты можешь судить, как сердечно относятся здесь друг к другу французские негоцианты.
Обедал у де-Верака, где опять говорили о пожаре. Все решительно обвиняют англичан, да и в самом деле огонь сразу показался в нескольких местах, так что скорее всего надо предположить поджог. Голландский резидент уверяет, что видели, как, во время пожара, из амбаров выбежал сенатский курьер с обожженными волосами и с видом человека, только что совершившего дурное дело. Курьера этого тотчас же арестовали и отвели в крепость, где вчера в первый раз допрашивали.
Среда, 30. — К брату.
Часа в два ночи меня разбудил стук трещоток, которым, в Петербурге, вместо набата, возвещают о пожаре. Признаюсь, я испугался, встал, открыл окно, но ничего не увидал, хотя на улицах было много народа и слышались очень подозрительные разговоры. Тем не менее, я решился лечь спать до утра.
Часов в восемь отправился смотреть новый пожар, но сначала зашел к графу Герцу, который рассказал мне, что курьер, о котором вчера говорили, был взят, на одной из барок близ амбаров, пьяным. Но странно, что его ждала кибитка, запряженная парой, во весь опор ускакавшая, когда курьера арестовали. Герц так же, как и Панин, подозревают англичан.
Сегодняшний пожар, к счастью, был скоро потушен. Горели амбары с левой стороны моста — последний запас пеньки. Говорят, что загорелось в купальне, стоявшей поблизости, но не знаю, правда ли это.
Четверг, 31. — К брату.
Меня особенно удивляет здешняя манера работать. Граф Панин — первый министр — живет как вельможа и придворный, интересующийся только двором. Он встает очень поздно, забавляется рассмотрением эстампов и новых книг, затем одевается, принимает просителей, обедает, после обеда или спит или играет, а вечером у него гости и опять игра до глубокой ночи. Поэтому он совсем не знает, что делается на свете, и когда я ему сказал о пожаре на корабле Сейра, то он даже не поверил. Главные его помощники тоже ничего не делают и проводят время в игре, причем проигрывают много денег, иногда до 600 р. в вечер. Так было с Визиным, Марковым, Бакуниным и другими. Один Алопеус работает и живет по средствам. А между тем, дело двигается понемножку, благодаря неслыханной снисходительности Императрицы.