Больше вряд ли Ласарильо,
Что из Тормеса, [335]начтет.
С месяц так я был слугою
У врача — бородача.
Вислогубый был, хотя
И не немец. Он с собою
Запах амбры приносил,
Горгоран и бархат алый; [336]
Много книг, а знанья мало; [337]
Зачерствелый, — он мне был