Его всѣ мысли наполняютъ,--
Вотъ какъ выражается Державинъ о Репнинѣ въ стихотвореніи "Памятникъ Герою" (изд. Я. К. Грота. Т. I. стр. 431). И. В. Лопухимъ въ своихъ Запискахъ превозноситъ его похвалами, называя его великими мужемъ. Съ его дѣятельностію въ иныхъ сферахъ мы еще будемъ имѣть случай познакомиться. Въ концѣ этой статьи мы помѣщаемъ собственноручный дневникъ кн. Репнина, веденный имъ во время пути, предпринятаго для подавленія крестьянскаго движенія. Онъ познакомитъ читателей съ нѣкоторыми любопытными подробностями, относящимися до этого дѣла (которые мы по этому опускаемъ въ нашемъ разсказѣ) и, между прочимъ, послужитъ нагляднымъ доказательствомъ неутомимой дѣятельности этого человѣка, несомнѣнно не желавшаго играть роль въ скорбныхъ событіяхъ при подавленіи крестьянскаго возстанія.
Получивъ 20-го января высочайшее повелѣніе и сдѣлавъ нужныя распоряженія, на время своего отсутствія, по управленію Остзейскаго края и Литвы, на другой день, 21-го числа, князь Репнинъ отправился въ путь прямо на сѣверъ, въ Вологду, по поздѣевскому дѣлу. Зима въ этомъ году была снѣжная; отъ сугробовъ почти не было проѣзду. 2Т-го князь прибылъ въ Вологду, гдѣ прожилъ до 3-го Февраля. Поздѣевское дѣло удалось ему покончить самымъ миролюбивымъ образомъ: крестьяне принесли повинную и просили прощенія у помѣщика; военныя команды, которыя притянулъ было Репнинъ къ мѣсту своего пребыванія, пришлось отсылать обратно. Пребываніе Фельдмаршала въ Вологдѣ и кроткія мѣры, употребленныя имъ для успокоенія поздѣевскихъ крестьянъ, имѣли большое вліяніе на волновавшихся крестьянъ Ярославской и Владимірской губерній, гдѣ все пришло въ надлежащій порядокъ, безъ употребленія военной силы и кровопролитія, одними лишь распоряженіями мѣстной администраціи. Перемѣнивъ лошадей въ Ярославлѣ, князь Репнинъ на ночь съ 4-го на 5-е Февраля прибылъ въ Ростовъ. Здѣсь нагналъ его курьеръ съ высочайшимъ повелѣніемъ отъ 30 . января отправиться немедленно въ Орелъ, куда Фельдмаршалъ и прибылъ въ ночь 9-го числа.
Между тѣмъ орловскія событія, какъ видно, особенно тревожили императора Павла. Того же 30-го января онъ пишетъ шефу гусарскаго полка генералъ-маіору Фонъ-Линденеру слѣдующій рескриптъ.
"Господинъ генералъ-маіоръ Линденеръ! Съ полученіемъ сего вступите въ расноряженіе гражданскихъ и воинскихъ дѣдъ по Орловской губерніи. Употребите на прекращеніе волненія крестьянъ полкъ вашъ и мушкатерскій Ряжскій, о чемъ генералъ-маіору князю Горчакову отъ насъ предписано. {При Павлѣ всѣ генералы, отъ фельдмаршала, подѣланы были шефами полковъ, которые, сверхъ своего, носили и имена этихъ шефовъ.} Извѣстите насъ какъ о мѣрахъ, вами принятыхъ, такъ обо всемъ, произойти могущемъ. Употребите силу и заставьте повиноваться власти гражданской и уважать войска наши. Пребываю вамъ благосклонный. Павелъ."
И такъ Орловская губернія ставилась какъ бы въ военное положеніе, хотя на самомъ дѣлѣ этого и не было. Въ то время, какъ князь Репнинъ приближался къ предѣламъ возстанія, тамъ вотъ что происходило. Ряжскій полкъ кн. Горчакова замедлилъ прибытіемъ въ Сѣвскій уѣздъ: между тѣмъ сдѣлалось извѣстнымъ, что ослушные крестьяне княгини Голицыной, собиравшіеся обыкновенно въ мѣстечкѣ Радогощѣ, назначали 10-е февраля срокомъ для приведенія въ исполненіе своего намѣренія броситься на усадьбу помѣщицы и разорить ее. Орловскій губернаторъ Воейковъ и генералъ Линденеръ рѣшились, не дожидаясь князя Горчакова, предупредить мятежниковъ. Въ этотъ день, въ 8-мъ часу утра, они подошли съ полкомъ Линденера къ селу Радогощѣ и, остановившись у околицы, требовали, чтобы крестьяне принесли повинную своей помѣщицѣ и выдали бы главныхъ зачинщиковъ. Подучивъ отказъ, Воейковъ и Линденеръ приказали стрѣлять изъ двухъ оружій и зажечь въ двухъ мѣстахъ село. Отъ сильнаго вѣтра пожаръ распространился, причемъ сгорѣло нѣсколько крестьянскихъ дворовъ и господскій хлѣбный магазинъ, впрочемъ, почти опустошенный мятежниками. Крестьяне смирились. Заводчикъ возмущенія Куркинъ и нѣсколько его товарищей, засѣвшихъ было на колокольнѣ, должны были сдаться. Донося Государю объ этомъ дѣлѣ и отдавая честь распорядительности губернатора Воейкова, Линденеръ распространяется съ похвалою о дѣятельномъ участіи подполковника Уварова, совершенно случайно проѣзжавшаго чрезъ Радогощь и принявшаго команду надъ лейбъ-эскадрономъ и распоряженіе орудіями. кн. Репнинъ получилъ извѣстіе объ этомъ усмиреніи на другой день, уже находясь въ Кромахъ; 12-го февраля онъ былъ на самомъ мѣстѣ происшествія. Изъ Радогощи фельдмаршалъ отправилъ въ село Брасово, къ апраксинскимъ крестьянамъ, съ приложеніемъ высочайшаго мавнифеста, свое приказаніе представять къ нему главныхъ зачинщиковъ возмущенія; но получилъ на это дерзкій отвѣтъ: "Пусть-де пріѣдетъ самъ!" Отсылая читателей за подробностями этого дѣла, о которомъ упомянуто выше, къ репнинскому журналу, здѣсь приводимъ приказъ фельдмаршала теперь соединившимся полкамъ Линдемера и кн. Горчакова.
"Отъ генералъ-фельмаршала кн. Репнина приказъ.
Завтра походъ въ село Брасово, для покоренія тамошнихъ крестьянъ генералъ-лейтенанта Апраксина.
1. Выступить отсель въ 8 часовъ по утру. Впереди идти г. генералъ-маіору Линденеру съ четырьмя ескадронами его полку.
2. За ними двѣ гранадерскія пушки Ряжскаго мушкатерскаго полку; потомъ полковыя пушки; за ними четыре единорога брянскіе; затѣмъ первый баталіонъ; за нимъ одна полковая пушка, а за ней второй баталіонъ; потомъ же, въ замкѣ, четыре ескадрона Линденерова полку.