— Пришол поспрошать тебя.
— Насчет чего?
— Насчет того, не прокормишь-ли меня зимою?
— А сам не прокормишься?
— Думал я, да не одолею: семья!
— Семья и прокормит. Много вас?
— Много: я, старуха, да девок три.
— А сыновей нет?
— Были, — лицо старика исказилось, точно у него дернуло зуб, и он тише прибавляет: — Пахари-бы теперь были, да в запрошлом году горячкой померли. — Вслед за тем он оправляется и продолжает: — Старуха хворая, девки малые. Не они меня кормят, а я их. Вот ты и рассуди....
— Ну, ладно, квартиру я тебе дам, но не теперь. Покуда в поле работа есть, ты работай.