-- Развѣ это возможно? Вы застаете меня въ Ньюгетѣ, между двумя приговоренными товарищами, и говорите, что ваше положеніе хуже моего.
-- Такъ, сказала я, все это вѣрно, но если я вамъ объясню, что я приговорена къ смерти, тогда вы согласитесь, что мое положеніе хуже вашего.
Теперь онъ замолкъ, какъ будто у него отнялся языкъ... Мы сѣли и я разсказала ему изъ моей жизни все, что нашла удобнымъ, объяснивъ, что я впала въ крайнюю бѣдность, которая будто бы и бросила меня въ дурное общество.
-- На мое несчастье, объясняла я, меня приняли въ тюрьмѣ за нѣкую извѣстную и знаменитую воровку Молль Флэндерсъ, о которой всѣ слыхали, но никто не видѣлъ... Но это, какъ ему хорошо извѣстно, не мое имя. Долго я разсказывала ему о томъ, что было со иною съ тѣхъ поръ, какъ мы разстались; и между прочимъ, какъ я видѣла его въ то время, когда онъ не подозрѣвалъ объ этомъ, видѣла въ Брикхиллѣ, гдѣ его преслѣдовали и гдѣ я объявила всѣмъ, что знаю его какъ честнаго джентльмена. Благодаря моему заявленію, облаву прекратили, и констэбль распустилъ верховыхъ по домамъ.
Онъ очень внимательно слушалъ всю мою исторію, многія подробности часто вызывали его улыбку, онъ находилъ ихъ интереснѣе своихъ. Но, когда я разсказала о Брикхиллѣ, онъ въ изумленіи воскликнулъ:
-- Значитъ это вы, моя дорогая, остановили народъ въ Брикхиллѣ!
-- Да, отвѣтила я и снова повторила разсказъ.
-- Итакъ, вы мнѣ тогда спасли жизнь! Я счастливъ тѣмъ, что вамъ обязанъ ею, потому что теперь хочу отплатить вамъ тѣмъ же, я хочу освободить васъ, цѣною своей жизни.
Я объяснила ему, что ничего этого не надо, что это былъ бы очень большой рискъ, что не стоитъ подвергать себя случайности, ради ничего нестоющей жизни. "Нѣтъ,-- отвѣтилъ онъ,-- эта жизнь для меня дороже всего на свѣтѣ, эта жизнь дала мнѣ новую жизнь, потому что до послѣдней минуты я никогда не подвергался такой опасности, какъ въ тотъ разъ".
При этомъ онъ разсказалъ мнѣ длинную исторію своей жизни, дѣйствительно очень оригинальную и занимательную исторію, изъ которой я узнала, что онъ вышелъ на большую дорогу за одиннадцать лѣтъ до того времени, когда женился на мнѣ; что женщина, называвшая его "братомъ", совсѣмъ не была его родственницей, а принадлежала къ ихъ шайкѣ; она вела съ ними переписку, жила постоянно въ городѣ, потому что имѣла очень много знакомыхъ; она сообщала точныя свѣдѣнія о тѣхъ лицахъ, выѣзжавшихъ изъ Лондона, которыя могла служить предметомъ богатой добычи; она думала прибрать къ рукамъ мое состояніе, въ то время когда привезла меня къ нему, но обманулась, потому что онъ не согласился на это; узнавъ отъ нея, что я очень богата, онъ рѣшилъ бросить свою удалую жизнь на большой дорогѣ и начать новую жизнь, не показываясь нигдѣ въ обществѣ, пока послѣдуетъ какая нибудь общая амнистія или пока найдетъ случай купить прощеніе при помощи денегъ; но дѣла приняли иной оборотъ, и ему пришлось взяться за старое ремесло.