Затѣмъ она пришла ко мнѣ и разсказала эту исторію.
Спустя десять дней, она снова отправилась къ своей пріятельницѣ, прося, чтобы та повела ее къ этому джентльмену, хотя въ то же время она нашла другіе пути увидѣться съ нимъ и переговорить тотчасъ, какъ онъ выздоровѣетъ.
Хитрая женщина явилась къ нему и сказала, что хотя она незнакома съ нимъ, но рѣшилась придти съ тѣмъ, чтобы оказать ему услугу; онъ самъ скоро убѣдится, что она не имѣетъ никакой другой цѣли, и такъ какъ является съ одними дружественными намѣреніями, то и проситъ его обѣщать, если онъ не приметъ ея любезнаго предложенія, не отнестись къ ней дурно за то, что она вмѣшивается не въ свое дѣло.
Сначала онъ принялъ недовѣрчивый видъ и сказалъ, что не знаетъ за собой ничего такого, что бы требовало тайны.
Встрѣтивъ такое равнодушіе съ его стороны, она боялась входить въ дальнѣйшія подробности; однако же послѣ долгихъ разглагольствованій, наконецъ, сказала ему, что, благодаря странному и непостижимому случаю, ей пришлось въ точности познакомиться съ его послѣднимъ несчастнымъ приключеніемъ и узнать такимъ образомъ то, чего никто въ мірѣ, кромѣ ея и его, не знаетъ, неисключая даже той особы, которая была съ нимъ.
Сначала онъ сердито осмотрѣлъ ее и сказалъ:
-- Какое же это приключеніе?
-- Какъ какое?-- отвѣчала она,-- я говорю о томъ, какъ васъ ограбили, когда вы возвращались изъ Найтсбриджъ, изъ Гэмпстеда, должна бы я сказать. Не удивляйтесь сэръ, если я могу объяснить вамъ каждый вашъ шагъ въ тотъ день, когда вы отправились изъ монастыря въ Смизсфильдѣ въ Спрингъ Харденъ къ Найтсбриджъ, а оттуда въ.... на Страндъ, гдѣ васъ оставили соннаго въ каретѣ. Повторяю, сэръ, не удивляйтесь, я пришла къ вамъ не затѣмъ, чтобы извлечь себѣ изъ этого дѣла выгоду, я ничего не требую отъ васъ и увѣряю, что бывшая съ вами женщина не знаетъ, кто вы, и не узнаетъ этого никогда.
Эти слова поразили его, но онъ принялъ важный тонъ и сказалъ:
-- Мадамъ, я васъ не знаю, но, къ несчастью, вы посвящены въ тайну такого моего поступка, хуже котораго я ничего не совершилъ въ моей жизни и который покрываетъ стыдомъ мою голову; моимъ единственнымъ утѣшеніемъ въ этомъ случаѣ было то, что я думалъ, что этотъ поступокъ извѣстенъ только Богу и моей совѣсти.