Съ 11 по 20 Декабря тесалъ доски и подпоры, а въ пещерѣ вколотилъ множество гвоздей, для вѣшанія ружей и прочей аммуниціи.
20 Декабря переносилъ въ нее ружья, и дѣлалъ кухню; по 26 число шелъ такой дождь, что вытти никоимъ образомъ было не можно, по томъ здѣлалось хорошее время, и казалось, будто бы вся натура обновилась.
27 Декабря убилъ козу, и подстрѣлилъ еще другую, которую поимаиши привелъ въ свое жилище, гдѣ перевязалъ перебитую ея ногу; а она выздоровѣвши начала ко мнѣ привыкать. Сіе же побудило меня имѣть домашней козой заводъ, дабы при недостаткѣ пороха не было въ пищѣ нужды.
28, 29 и 30 чиселъ за бывшимъ великимъ жаромъ кромѣ вечеровъ ходить было не можно.
1 Генваря 1660 года видѣлъ множество дикихъ козъ, но не могъ къ нимъ подойти близко, и для того думалъ брать съ собою собаку, чтобъ лучше загонять ихъ въ такое мѣсто, откудабъ стрѣлять было можно.
2 Генваря по намѣренію своему пошелъ въ поле съ собакою, но дикія козы увидя, ни мало ее къ себѣ не допускали.
3 Генваря началѣ дѣлать полисадъ, и окончилъ его 14 Апрѣля. Онѣ примыкалъ къ горѣ, и имѣлъ въ діаметрѣ своемъ отъ выходу изъ пещеры восемь локтей. Сія работа стоила мнѣ ужаснаго труда, тѣмъ больше, что шедшіе иногда по цѣлой недѣлѣ дожди чинили въ томъ великія помѣшательства. А до тѣхъ порѣ, пока его не окончалъ, находился ко всегдашней опасности. Сей полисадъ обрылъ я съ обѣихъ сторонъ землею такимъ образомъ, что естьлибъ кто и пришелъ на островъ, то конечно бы не могъ догадаться, что за нимъ есть какое ни будь жилище.
Между тѣмъ прогуливаясь по острову нашелъ такихъ голубей, которые выводили дѣтей своихъ въ ущелинахъ горъ. Взявъ молодыхъ принесъ домой въ томъ мнѣніи, чтобъ пріучить ихъ къ себѣ; но они оперившись отлетѣли, а назадъ уже не прилетывали; можетъ быть для того, что я кормилъ ихъ весьма мало. Такая ихъ поступка побудила меня не брать ихъ больше на воспитаніе, а употреблять всегда въ свою пищу.
Вздумалось мнѣ здѣлать бочку, въ которой была крайняя нужда, но не могъ имѣть въ семъ дѣлѣ ни малаго успѣха, ибо не зналъ, какъ укрѣпить ее въ уторахъ, и сплотить доски набойкою обручей. Для лучшаго примѣру разобралъ взятой боченокъ, но и тутъ не успѣвалъ въ своей работѣ, и для того принужденъ былъ ее оставить.
За неимѣніемъ лампады ложился спать всегда при наступленіи ночи, то есть въ семь часовъ; но какъ вспомнилъ, коимъ образомъ дѣлалъ я оныя, вовремя моего по Африканскому берегу путешествія, то вмѣсто хлопчатой бумаги и воску собиралъ изъ убитыхъ мною козъ сало, топилъ его на солнцѣ, здѣлалъ изъ земли плошку, развивалъ каболку, опускалъ наливши плошку помянутымъ топленымъ саломъ, а отъ того имѣлъ всегда, хотя и не весьма ясной, однакожъ довольной свѣтъ. Между тѣмъ случилось мнѣ при разбираніи движимаго моего имѣнія найти небольшой мѣшокъ съ рожью и пшеницею. Сіи сѣмена, взятыя для кормленія имѣвшихся на кораблѣ птицъ, почти всѣ мышами были съѣдены такъ, что осталась отъ нихъ только одна шелуха и пыль, и для того почитая ихъ ни къ чему негодными, а имѣя въ мѣшкѣ для сыпанія въ него пороху надобность, выбросилъ близъ своего шалаша безъ всякаго намѣренія. Сіе было еще до большихъ дождей, о коихъ я сказывалъ. Съ мѣсяцъ по томъ спустя увидѣлъ въ разныхъ мѣстахъ восходящую озимь. Я почиталъ ее сперьва неизвѣстнымъ мнѣ быліемъ; но какъ удивился, когда увидѣлъ растущую рожь и пшеницу!