Сзывали воинов расстроенных когорт,
Вечерний воздух был невыносимо сперт
От смрада едкого горячей крови красной.
Со смуглых лиц солдат был пот еще не стерт,
Убитых растеряв, уныло, безучастно,
Они глядели вдаль: там видно было ясно,
Как мчались, словно вихрь, стрелки Парфянских орд.
Вот показался вдруг и император бледный,
На ярком фоне догорающего дня,
Весь в собственной крови, мечом в ножнах звеня,