— На-ка, садовник, примерь.
Не веря своим глазам, я натянул сапоги на запыленные ноги и гордо поглядел на мать и бабушку. Хотелось прыгать, но сапожки придавали мне некоторую солидность, и я стал важно прохаживаться по комнате.
В воскресенье меня нарядили в пеструю ситцевую рубаху, в синий, перешитый из отцовского пиджак, обули в новые сапоги и отправили с бабушкой в церковь.
А на другой день отец, отпросившись с работы, сам стал собирать меня в школу.
— Что это волосы-то у тебя ершом торчат? Эх, не успел я постричь.
Мать смазала мне волосы деревянным маслом.
— Ну, сядем! — сказала бабушка.
Все сели и несколько секунд, посидели молча.
— Теперь с богом, — и бабушка осенила нас крестом.
С гордостью шел я по улице. Хотелось, чтобы мальчишки увидели мои сапожки и пиджак.