И въ каменныхъ дуплахъ хлебещетъ и кипитъ.
Сей плескъ, сей шумъ, сей ревъ, сей океанъ мятежной,
Взносяся, падая, катясъ горою снѣжной,
Мой умъ, мой слухъ, мой взоръ дивилъ, обворожалъ,
И вечеръ тамъ меня недвижнымь заставалъ.
И такъ, коль море садъ волнами омываетъ,
Пусть въ разныхъ видахъ намъ свой важный видъ являетъ:
То вдругъ сквозь вѣтви древъ оно глазамъ мелькнетъ,
То въ отдаленіи сквозь темный, скрытый сводъ
Какъ при концѣ трубы, въ бесѣдкѣ серебрится,