Уилльям Соммерс старательно засучил рукава, надел фартук на свои полосатые штаны и, взяв ведро, стал кормить животных, и весьма ловко. Когда он их всех накормил, он сказал:
-- Моя задача выполнена надлежащим образом. Я заслужил свою свободу. Борова хорошо поели. Прощайте же, замарашки!
-- Ну, нет, нежный друг, -- сказали они, -- самый настоящий боров еще ничего не поел.
-- А где же он, чорт его побери? -- сказал Уилль. -- Я его не вижу.
-- Он в располосых штанах, -- сказали они. -- Если ты возьмешь себя за нос, то будешь держать его за рыло.
-- Я никогда не был настолько боровом, чтобы отказать в моем животе женщине.
-- Если ты не станешь есть, как блудный сын, вместе с ними, с твоими друзьями, мы так тебя выбреем, что ты в этом раскаешься.
Видя, что нельзя от них отделаться, он исполнил и это, и они его отпустили. Когда он вернулся ко двору и рассказал королю и королеве о своих приключениях у служанок суконщика, король и королева от души над этим посмеялись.