-- А вот в чем, -- сказали они, -- она старается урезать наши порции и говорит хозяину, что он чересчур много тратит на содержание дома.

-- Тогда ваша хозяйка просто гусыня, дура; несмотря на свою новую шапочку, она девчонка по сравнению со мной. Ти-де-ри, ти-де-ри, я знаю-что знаю. Пейте же за мое здоровье. Посмотри, Твидль, я от всего сердца пью за твое здоровье! Ах, ты, сукин сын, когда же ты женишься! Ах, если бы я была еще девушкой, я могла бы тебя заполучить! Но это ничего не значит. Я всего лишь бедная женщина, но все-таки настоящая женщина. Чорт вас всех побери, вот уже тридцать зим, как я здесь живу!

-- Значит, вы здесь дольше живете, чем наш хозяин.

-- Ваш хозяин? Я знала его совсем ребенком, когда его звали Джек из Ньюбери, или просто Джек, -- я его знала, когда он был еще бедный Джек. А ваша хозяйка! Теперь она богата, а я бедна, но это не мешает тому, что я знала ее совсем бедненькой, в коротких юбочках, слышите вы?

-- Но теперь, -- сказали они, -- она здорово набралась самоуверенности; она совсем забыла, чем она была.

-- Ба! Да чего ждать от такой зелени? Вот, за ваше здоровье! Пускай она только идет болтать, куда ей угодно... Да, но осторожно... Чем меньше говоришь, тем меньше раскаиваешься. Послушайте, друзья мои, хоть мистрис Уинчкомб и носит шапочку, но я ей не уступлю; можете ей это передать, для меня это безразлично. Я-то ведь не трачу деньги моего мужа, чтобы покупать вишни и зеленые яблоки { Вишни и маленькие еще незрелые яблоки из сладких сортов были большой роскошью во времена Елизаветы. В Англии было еще очень мало вишневых деревьев. Вишни часто продавались в июне-июле по 20 шиллингов за фунт.}. Полно-полно, я знаю, что хочу сказать. Слава богу, я ведь не пьяна. Госпожа Уинчкомб дама? Нет, Нанет Уинчкомб -- вот ее настоящее имя. Даже просто Нанет. Я ведь была уже женщиной, когда она была еще бедной девчонкой, хоть и носит она теперь шапочку и золотую цепочку. Я ведь не нуждаюсь в ней, я! Я постарше ее. Знаю я все ее хитрости. Я знаю, что говорю. Смейтесь надо мной, если хотите, мне это безразлично, я ведь не пьяна, ручаюсь вам.

И тут она начала, едва удерживаясь, чтобы не закрыть глаза, покачивать головой, проливать вино из стакана. Увидя это, они оставили ее в покое, вышли из подвала, когда она крепко заснула, и начали строить всякие планы, чтобы завершить свою злую шутку.

Наконец, они решили положить ее за один дом, в полумиле отсюда, как раз у лестницы, так, что всякий, проходивший здесь, должен был ее увидать. Твидль остался стоять поблизости, чтобы узнать окончание этой истории. Вскоре пришел один крестьянин из Гринхэма, по дороге в Ньюбери; быстро направившись к лестнице, он наткнулся на кумушку и упал прямо на нее. Вставая, он заметил, что это была женщина, и закричал:

-- Эй, эй!

-- Что такое, в чем дело? -- сказал Твидль.