Но забылась — сон невольно
В деве побеждает страх;
Косами чуть-чуть вертится,
Голова к плечу клонится,
И томление в очах.
С треском вспыхнула лучина,
Тень мелькнула на стене,
В уголку без покрывала
Дева юная лежала,
Улыбаясь в тихом сне.
Глядь поляк — прелестной груди
Тихим трепетом дыш’ат;
Он невольно взоры мещет,
Взор его желаньем блещет,
Щеки пламенем горят.
Цвет невинности нетронут,
Как в долине василек:
Часто светлыми косами
Меж шумящими снопами
Вянет скошенный цветок.
Но злодей! чу! треск булата -
Слышь — «К ружью!» — знакомый глас,
Настежь дверь — как вихрь влетает
В избу русский — меч сверкает…
Дерзкий, близок мститель-час!
Дева трепетна, смятенна,
Пробудясь, кидает взгляд;
Зрит: у ног поляк сраженный
Из груди окровавленной
Тащит с скрежетом булат.
Зрит, сама себе не верит -
Взор восторгом запылал:
«Ты ль, мой милый?» — восклицает,
Русский меч в ножны бросает,
Девицу жених обнял!
<1815>
К ДОРИДЕ
Дорида, Дорида! любовью все дышит,
Все пьет наслажденье притекшею весной:
Чуть з’ефир, струяся, березу колышет,
И с берега лебедь понесся волной
К зовущей подруге на остров пустынный,
Над розой трепещет златой мотылек,
И в гулкой долине любовью невинной
Протяжно вздыхает пастуший рожок
Лишь ты, о Дорида, улыбкой надменной
Мне платишь за слезы и муки любви!
Вглядись в мою бледность, в мой взор помраченный:
По ним ты узнаешь, как в юной крови
Свирепая ревность томит и сжигает!
Не внемлет… и в плясках, смеясь надо мной,
Назло мне красою подруг затемняет
И узников гордо ведет за собой.