-- Ну, квартиру найми, продолжалъ совѣтовать Силинъ.
-- Фатеру! фатеру! твердилъ Лепило въ раздумьѣ,-- фатеру!.. Фатеру-то пожалуй сходнѣе будетъ.
-- Ну, такъ и заводи, чего зѣвать-то, а завтра пришли мнѣ лѣсу, Алексѣй Ивановичъ скажетъ тебѣ, какого.
Лепило морщился, но лѣсу присылалъ и завелъ кабакъ.
-- Чортъ меня сунулъ и связаться съ этимъ заводомъ, жаловался онъ мнѣ, принеся записку на отпускъ ему вина,-- вотъ теперь кабакъ завелъ, Экая пакость и въ умѣ сродясь не бывала, что стану кабакомъ торговать, а тутъ вотъ-на ты, поди. Кабакъ!
По утру, въ день отъѣзда Силина, я зашелъ къ нему, не помню зачѣмъ; при моемъ входѣ, онъ горячо убѣждалъ Новкина принять довѣренность на управленіе заводомъ, но тотъ принять ее отказался.
-- Вы для меня-то гарантію назначьте, говорилъ Новкинъ,-- довѣренностію гарантируете вы только себя, моя же гарантія значится только въ славахъ. Жалованье получать по заслугамъ, какая же тутъ гарантія?
-- Да неужели вы мнѣ не вѣрите? упрекнулъ его Силинъ.
-- Я вѣрю вамъ, также какъ и вы мнѣ вѣрите; вы довѣряете мнѣ заводъ и облекаете вашу довѣренность въ законную форму, напишите же и цифру жалованья, я человѣкъ служащій и жалованье единственный мой кусокъ хлѣба. Какъ же я приму довѣренность, когда вы на словахъ говорите 3,000 рублей, а въ довѣренности пишете: получать по заслугамъ; точно также какъ обѣщали мнѣ и моимъ служащимъ награду и не разрѣшили выдать ее,
-- Да возьмите, возьмите довѣренность, я съ первою почтою вышлю вамъ, что хотите.