-- Да что же мнѣ дѣлать-то?-- ну скажите ради Бога, что я могу?
-- Какъ что дѣлать! ѣхать сейчасъ же за деньгами. Зиновичъ спиртъ хотѣлъ купить. Поѣзжайте и продайте сегодня же;-- не продадите вы, такъ дня черезъ три продастъ казна съ аукціона. Кто будетъ тогда виноватъ,-- вы же. Вѣдь Силинъ васъ же обвинитъ. А между тѣмъ, вы, поѣхавши сами въ городъ, скорѣе узнаете и содержаніе отвѣта -- если только онъ послѣдуетъ; а не послѣдуетъ, такъ можете скорѣе продать спиртъ и уплатить акцизъ, иначе вѣдь поздно будетъ. Распорядитесь-ко лучше теперь же приготовить лошадей.
-- Ужь и не знаю, право, какъ и ѣхать-то въ такую распутицу. Да не подождать ли лучше отвѣта? раздумывалъ полусогласившійся Турбинъ.
-- Какъ знаете! а я вамъ скажу вотъ что: отвѣтъ будетъ завтра, а между тѣмъ, сегодня же рабочіе вамъ сдѣлаютъ непріятность.
-- Али ѣхать? ужь не знаю, право, экая скверность -- не знаю, что дѣлать. И Турбинъ отдувался, ходя по комнатѣ и широко разводя руками.
-- Николай! закричалъ наконецъ онъ.
Явился Николай.
-- Николай, вели-ко тамъ Митюшкѣ заложить тройку въ легонькой тарантасикъ. Дорога-то теперь какая не проѣдешь. Наказанье, чистое наказанье!... Развѣ послать кого нибудь -- а?
-- Да, полноте, что вы хрустальный, что ли?-- разобьетесь?!...
-- Да не въ томъ, что хрустальный, промычалъ Турбинъ -- и началъ кусать ногти.