-- Развѣ вы не знаете, что я служу?
-- Я знаю, что вы служили и сюда пріѣхали только погостить, а больше я ничего не знаю.
-- Такъ вы значитъ, недозволите мнѣ повѣрять подвала?
-- Принесите предписаніе отъ Алексѣя Ивановича, сказалъ я, съ цѣлью взбѣсить его окончательно.
Онъ ушелъ и цѣлый день писалъ на меня доносъ Силину, который и послалъ въ городъ съ нарочнымъ. Впрочемъ, доносы онъ посылалъ каждую почту и все ждалъ отвѣтовъ, но отвѣты не приходили и Карабаловъ ограничивался тѣмъ, что продолжалъ ихъ снова писать. Вліяніе его на Турбина между тѣмъ росло съ каждымъ днемъ. Тотъ болѣе и болѣе, ему подчинялся и усерднѣе пиль съ нимъ, какъ потому, что Карабаловъ въ минуты пьянства немного меньше брюзжалъ и сплетничалъ, такъ и изъ желанія залить горе виномъ. Отъ Силина распоряженій еще не было и заводъ стоялъ, рабочіе были распущены; навезенный въ подвалъ ледъ таялъ и образовалъ цѣлую трясину грязи, въ которой съ наслажденіемъ валялись заводскія свиньи. Нѣмцы винокуры, видя, что дѣло плохо, на половину разъѣхались. Остался одинъ Шиттъ и еще солодороститель. Александръ Денисычъ продолжалъ заказывать кострюли, да крючки и наконецъ заказалъ мѣдную палку отъ собакъ. Паша, въ завѣдываніи котораго находились всѣ мастеровые по желѣзному и мѣдному дѣлу, наконецъ не вытерпѣлъ и изругалъ мѣдника, оставившаго для работы мѣдной палки какое-то нужное дѣло, изломалъ палку и отослалъ ее Карабалову, приказавъ передать, что съ этихъ поръ всѣ его прихоти будутъ также исполняться, какъ и палка. Карабаловъ вскипѣлъ гнѣвомъ и отправился съ жалобой къ Турбину.
-- Что это, Алексѣй Ивановичъ; жаловался онъ,-- ужъ вы прикажите лучше меня выгнать, чѣмъ оскорблять-то; я оскорбленій выносить не могу.
-- Что такое, что такое? спрашивалъ Турбинъ.
-- Да извольте посмотрѣть, что вашъ Павелъ Алексѣичъ надѣлалъ. Извольте видѣть: заказалъ я мѣднику палку отъ собакъ, больно ихъ много у васъ, того и гляди укусятъ,-- заказалъ; тотъ говоритъ, извольте, сдѣлать можно -- дѣло часовое; а сегодня вотъ приходитъ этотъ мѣдникъ съ этими обломками во мнѣ и жалуется, что Павелъ Алексѣевичъ палку изломалъ, мѣдника прибилъ, а меня изругалъ на чемъ свѣтъ стоитъ и сказалъ, чтобы я не смѣлъ больше посылать никакихъ требованій въ рабочимъ: Что же это такое? Ну выгоньте меня, если больно противенъ.
-- Говорила я тебѣ, что мало будетъ добра отъ этого грубіяна, говорила-вѣдь, неслушалъ,-- вотъ теперь и полюбуйся, вклеила Ирина Дмитревна.
-- А вотъ мы его сейчасъ разпечатаемъ. Миколашка, сходи за Павломъ.