Его подняли въ одиннадцать часовъ и отвезли въ палатку хирурга, какъ лишеннаго сознанія и почти безнадежно раненаго человѣка.
Какъ шло сраженіе послѣ поразившаго его удара, этого полковникъ Сенъ-Джонъ не зналъ уже. Онъ не видалъ какъ гвардейскіе гренадеры снова ворвались въ оставленную батарею, какъ, когда истощился весь боевой запасъ ихъ, завязался тамъ бой боговъ съ титанами, и съ помощью палокъ, камней и обломковъ штыковъ это жестоко оспариваемое мѣсто было выручено и снова потеряно гвардейской бригадой, потеряно и снова выручено.
Онъ не зналъ также и того что когда силы Англичанъ уже почти окончательно истощились и резервовъ болѣе не стало, между тѣмъ какъ съ другой стороны подоспѣвали все свѣжіе русскіе полки, бой барабановъ и звуки трубъ возвѣстили о прибытіи нашихъ союзниковъ -- зуавовъ и стрѣлковъ, спѣшившихъ на помощь Англичанамъ и отбившихъ у Русскихъ награду пятичасоваго рукопашнаго боя.
Какъ затѣмъ Охотскій полкъ накинулся на резервы Боскета, какъ, когда было отнято знамя шестаго полка, полковникъ его отдалъ свою жизнь за кусокъ красной шелковой матеріи, съ честью потомъ увезенный во Францію солдатами; какъ обѣ англійскія пушки были снова завоеваны 55мъ полкомъ, какъ палъ Соймоновъ, а Павловъ и Данненбергъ увели наконецъ своихъ солдатъ, какъ началось общее отступленіе, и происходило подъ убійственнымъ огнемъ, между тѣмъ какъ Англичане преслѣдовали штыками задніе ряды, а громадныя пушки Владимірскаго и Херсонскаго полковъ ревѣли своимъ басомъ среди послѣднихъ дикихъ звуковъ этого грознаго дня,-- все это предоставимъ разказу историка. Пусть Англичане хоронятъ своихъ убитыхъ и увозятъ своихъ раненыхъ, потому что эта "битва пѣхоты" одна изъ труднѣйшихъ, когда-либо испытанныхъ ею, была выдержана и выиграна.
ГЛАВА IX.
Скутари.
А! tornar della mente che si chiuse
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Nuovi tormenti e nuovi tormentati
Mi veggio intorno.