Венаск обомлел, но старался не уронить своего достоинства и, тоже не мигая, глядел на неведомое существо.
На этом странном жильце полюса был надет белый плащ из хорошо выдубленной кожи или, может быть, плотной ткани, и части тела, которые были видны, были так голы и мясисты, как ободранный задок телятины. Из широких ноздрей шел пар. А множество мелких и острых зубов не покрывались роговыми губами, и неподвижная, свирепая улыбка играла на лице существа, которое следовало отнести к породе пресмыкающихся, хотя и высоко одаренных. Поразительны были глаза: они смотрели пристально и были почти прозрачны; свет сознания наполнял их.
Пять страшных минут, по крайней мере, протекло во взаимном созерцании. Наконец, Венаск не выдержал взгляда и закрыл глаза. А когда он открыл их, "белый дьявол" уже сделал несколько шагов вперед и, раскрыв пасть и наморщив лоб, тихонько засвистал. Он был выше Венаска на целую голову. Венаск почувствовал на себе влагу его дыхания.
Венаск не мог преодолеть себя. Нестерпимый приступ ярости овладел им, и он с отвращением ударил чудовище в грудь прикладом карабина. "Белый дьявол" издал жалобный крик, повернулся на хвосте и быстро прыгнул в подземелье, в дверь, которая плотно закрыла собою вход.
-- Какую я сделал глупость! -- упрекнул себя Венаск. -- Какая несвоевременная нервность! Теперь нужно опять ждать неделю или две другого случая. Чудовище не имело никаких враждебных намерений. Ему просто хотелось ближе рассмотреть меня. И за кого оно приняло меня? Наверно, за существо низшей расы!
Ругая себя, вернулся домой воздухоплаватель и застал Сейнтраса сидящим верхом на балюстраде и со слезами бесконечно созерцающим фиолетовый пейзаж.
XII.
Однако, Венаску пришлось недолго ждать другого случая. Едва вспыхнул фиолетовый день, как ему пришло в голову обратить на себя внимание "белых дьяволов", подложив сильный патрон экстро-динамита под камень, который находился в нескольких стах шагах от баллона и тоже имел правильную форму. Раздался страшный треск, куски камня полетели в разные стороны. В то же время произошла какая-то перемена с магнитным камнем, к которому был прикреплен баллон. Его сила ослабела, и, может быть, теперь стоило бы только открыть резервуар сгущенного водорода и зарядить мотор, чтобы тронуться с места и улететь.
Обрадованный Венаск побежал в каюту и стал рассказывать проснувшемуся Сейнтрасу о том, что случилось. Чары словно спали с Сейнтраса.
-- Да, -- сказал он, -- я чувствую, забилось сердце в нашем дирижабле, и я сам ожил!