-- Господи, как я рад, что ты на себя стал похож! -- вскричал Венаск.
-- Нечего радоваться, мотора все-таки нет, а лучше взгляни, вон "белые дьяволы" мчатся.
Чудовища прыжками приближались к баллону. Их было, по крайней мере, сотня. Конечно, они были встревожены и сначала окружили взорванный камень, перешептываясь и сюсюкая. Иногда из их толпы вырывались хрюкающие стоны. Потом они окружили баллон. Каждого из них отлично можно было рассмотреть. Были и молодые, и старые, высокие и маленькие.
Между чудовищами был только один с золотым цилиндром в руке, тот самый, которого ударил прикладом Венаск. Может быть, это был начальник страшного народа, ученый, или их царь. Цилиндр состоял внутри из ряда концентрических полукругов, которые, вертясь, издавали нежный звон. Может быть, он командовал этим звоном. Может быть, это была какая-нибудь машинка, дававшая ему силу и материальную власть над себе подобными. Его слушались, по-видимому, беспрекословно.
Построив в каре все свое стадо, высокий "белый дьявол" подошел к самому баллону и остановился в незначительном от него расстоянии.
Чудовища были страшны, но все же, пока они были кошмарны, они были страшней. Венаск убедился уже, что они робки по натуре.
-- Разбирает меня злость, -- сказал Сейнтрас, -- так бы и врезался с ножом и искрошил бы проклятую сволочь!
-- Они зароются в землю, и тогда пиши пропало, -- проговорил Венаск, -- у меня была встреча с этим субъектом, и я по себе знаю, что легко сойти с ума в самый нужный момент... Поэтому, Сейнтрас, воздержись, пожалуйста, и хоть на этот раз не сходи с ума.
-- Я их нисколько не боюсь, -- со смехом вскричал Сейнтрас. -- Милостивые государи, "белые дьяволы", -- возвысил он голос, -- великая французская республика объявляет вашу страну включенною в состав ее колоний, а я имею честь представиться: ваш генерал-губернатор, и мне принадлежит исполнительная власть. Вам, как представителям одного из прекраснейших народов севера, считаю необходимым прежде всего даровать автономию, но помните, что мы шутить не намерены и требуем от вас возвращения украденных у нас частей дирижабля, для чего даем вам час сроку, по истечении которого мы сделаем с вашей столицей, -- он указал на холмы, -- то же самое, что сделали с этим камнем.
Новый угрозительный жест.