В окна каюты смотрели белоснежные морды с тоскливыми, умными глазами. А один "белый дьявол" забрался под пол и выглядывал из люка.
XIII.
"Белые дьяволы" целый день трудились над разрушенным камнем и восстановили его. А ночью с Сейнтрасом повторился один их самых страшных его припадков. Пришлось пожертвовать целой бутылкой спирта, которую он выпил и все-таки кричал:
-- Если они не пригласят нас к себе в гости и не покажут нам своих женщин, за которыми я, может быть, хотел бы поухаживать, то не видать этому "белому дьяволу" Почетного Легиона.
-- Сейнтрас, нам надо поскорее улететь, пока они опять не обокрали нас. Существа добродушные, но из любознательности они могут навеки задержать нас у себя. Поверь, им самим хочется научиться строить дирижабли.
-- Есть у них театры, балет? Понимают ли они толк в разных тонких удовольствиях? Веруют ли они в какого-нибудь Бога? Или они выше религии? Я до тех пор, -- неистово кричал Сейнтрас, -- останусь здесь, пока не женюсь... Я хочу жениться на его дочери.
-- У него, может быть, и дочери нет. Сейнтрас, голубчик, приди в себя!
Венаск уговаривал Сейнтраса, а сам начинал уже чувствовать на себе наваждение. Только еще алкоголь поддерживал его силы. Наконец, к утру, он подложил два патрона под исправленный камень и от страшного взрыва таинственный магнит, действовавший индуктивно на тот камень, на котором стоял дирижабль, рассыпался вдребезги.
* * *
Через несколько минут баллон надулся и, освещенный фиолетовым утром, высоко поднялся в воздухе. Сейнтрас и Венаск стояли на галерее и смотрели вниз на "белых дьяволов", которые высыпали из своего таинственного подземного жилища и на этот раз не могли удержать в плену величественный дирижабль.