О ВОИНСКОМЪ ИСКУСТВѢ ДРЕВНИХЪ и НОВЫХЪ ВРЕМЕНЪ съ прибавленіемъ о ПОЛЬЗѢ ТЕОРІИ ВОЕННАГО ИСКУСТВА
On ne peut pas disconvenir que dans la carriere des armes la pratique ne soit une source abondante d'inostrutions; mais si cette pratique n'est éclairée du flambeau de la théorie, que d'objets lui échappent. One les lumières qu'elle donne sont incertaines! et peut -- on appeller lumières, des connoissances acquises sans principes; et fondées sur une routine trompeuse?
Le Guide du jeunes militaire.
О ВОИНСКОМЪ ИСКУСТВѢ ДРЕВНИХЪ и НОВЫХЪ ВРЕМЕНЪ.
Способъ вести воину у народовъ необразованныхъ есть слѣдствіе ихъ нравовъ, ихъ образа жизни, ихъ характера. Но въ Государствахъ просвѣтленныхъ, между прочими искуствами и науками, процвѣтать будетъ и искуство воинское. Оно должно основываться на правилахъ и быть производимо въ дѣйство по правиламъ.
Въ наши времена воинское искусство, подобно многимъ другимъ, достигло высокой степени. Естьлибы какой народъ дошелъ до совершенства въ семъ родѣ; онъ легко могъ бы покорить подъ власть свою другія націи. Слѣдовательно никакое Государство -- буде оно хочетъ защищать свои права и независимость -- не можетъ обойтись безъ воинскаго искуства. Естьли бы ПЕТРУ Великому не внушилъ Его собственный высокій Геній ввести оное въ своемъ Государствѣ, то принудили бы Его къ тому войны, которыя онъ долженъ былъ вести противъ Карла XII; и естьлибы Турки были столькоже способны къ образованію себя, какъ Рускіе; они давно примѣтили бы, что реформа ихъ воинскаго искуства, по образцу Европейскому, есть единственное средство, спасти свое отечество, клонящееся къ паденію.
Воинское искуство въ сущности своей одно и тоже въ Россіи, Германіи, Франціи, Англіи ипр; но его употребленіе можетъ по разнымъ мѣстамъ быть различно. Всѣмъ извѣстно" сколь сильное вліяніе имѣло всегда различіе національнаго характера на произведенія живописи, поэзіи, музыки и пр. Но вліяніе это должно быть несравненно сильнѣе при исполненіи въ дѣйство такого искуства, для котораго требуется не талантъ нѣсколькихъ лицъ, но соединенное дѣйствіе нѣсколькихъ сотъ тысячъ! Вообще войско сравнить можно съ народомъ странствующимъ; оно имѣетъ безчисленныя нужды, должно во многомъ себѣ отказывать, выдерживать многое; и потому весьма важенъ вопросъ: которой народъ можетъ болѣе другихъ терпѣть нужду, скорѣе и удобнѣе доставлять себѣ всѣ потребности?-- Войско есть машина, управляемая полководцемъ; части сей машины сушь люди; пружины ея: мужество, строгая покорность, рѣшимость, твердость духа; и по тому надобно знать: въ которой націи сіи добродѣтели находятся въ превосходной степени? Разсматривая сію машину въ отношеніи къ ея строенію, находимъ, что она составлена изъ многихъ частей, которыя всѣ различнымъ образомъ должны дѣйствовать для общей цѣли. Безъ сомнѣнія очень трудно, придать всѣмъ частямъ одинакую силу и совершенство, и потому не удивительно, естьли какая нація превосходитъ другую въ томъ или другомъ случаѣ. Земля, въ которой есть хорошія лошади и которой жители суть, такъ сказать, природные всадники, такая земля можетъ выставить лучшую конницу. По сей то причинѣ Венгерская тяжелая конница есть превосходнѣйшая въ своемъ родѣ; Козаки составляютъ лучшую легкую конницу; Тирольцы, мѣткіе стрѣлки; горные жители всего способнѣе вести войну въ гористыхъ мѣстахъ. Вотъ преимущества, произтекающія изъ свойства и образа жизни различныхъ народовъ? На противъ того Артиллерія, которая основывается единственно на искуствѣ и наукѣ, можетъ быть въ цвѣтущемъ состояніи вездѣ, гдѣ выбираютъ для сей части людей съ дарованіями, гдѣ даютъ имъ надлежащее наставленіе и ихъ ободряютъ. Но главной вопросъ состоитъ въ томъ: естьли какая нибудь воинская часть, на которой основывалась бы главная сила всякой арміи?-- такая часть, для которой другія служили бы только пособіемъ, только бы подкрѣпляли ее?-- Есть безъ сомнѣнія. Всѣ знатоки въ воинскомъ искуствѣ согласны въ томъ,-- а особливо со временъ Фридриха II -- что сіе преимущество принадлежитъ пѣхотѣ; что она составляетъ существенную силу армій, и слѣдовательно даетъ на войнѣ рѣшительной перевѣсъ. Исторія подтверждаетъ сіе мнѣніе. Два раза Европейскія пѣхотныя войска -- Македонская фаланга и Римскіе Легіоны -- покоряли свѣтъ.
Не взирая на то, несправедливо было бы думать, что прочія части воинскаго искуства менѣе важны. Всякая машина можетъ тогда только хорошо дѣйствовать, когда всѣ ея части находятся въ надлежащемъ порядкѣ. Какихъ выгодъ ожидать можно, въ нынѣшнія времена, отъ лучшей Инфантеріи, естьли она не будетъ подкрѣпляема Конницею и Артиллеріею? какъ та, такъ и другая, должны ей открыть дорогу, чтобъ она могла, достигнувъ непріятеля, разбить его линіи; когда она въ томъ успѣла, тогда конница довершаетъ пораженіе непріятелей. Инфантерія безъ Артиллеріи есть Геркулесъ безъ дубины. Онъ безъ сомнѣнія имѣлъ довольно силы, чтобъ удавить своего непріятеля, естьлибы только успѣлъ схватить его; но когда Альціоней бросилъ въ него камень страшной величины; то камень сей могъ бы для него быть пагубенъ, естьлибъ онъ дубиною своею не отразилъ удара и не отбросилъ камня на своего врага.-- Инфантерія безъ конницы походитъ на хромоногаго Атлета: Естьли непріятель будетъ избѣгать боя, можно ли его остановить? Можно ли послѣ побѣды его преслѣдовать? Гомеръ почитаетъ скорость и проворство главными преимуществами Героевъ., и Эпитетъ, которой придаетъ онъ своему Ахиллесу, есть: быстроногій. Что здѣсь сказано относительно къ одному ратнику, тоже самое можетъ служить правиломъ и для цѣлыхъ армій. Слѣдовательно скорость движеній есть необходимое свойство храбрыхъ войскъ; а добрая Каваллерія составляетъ важную часть хорошей арміи.
Потому не рѣдко случается, что побѣду рѣшаетъ не Инфантерія, а Конница или Артиллерія. Мы находимъ множество тому примѣровъ, въ новѣйшей и древней исторіи. Каждому извѣстны тѣ важныя побѣды, которыми Ганнибалъ потрясъ огромное зданіе могущества и славы Рима. Съ быстротою молніи бросился онъ на многочисленные легіоны Римлянъ и опрокинулъ ихъ. Гдѣ мѣсто сраженія было для нихъ не выгодно, тамъ принуждалъ онъ ихъ драться: имѣя при себѣ всегда резервныя войска, онъ приводилъ непріятелей скорыми маршами непрерывно въ безпорядокъ. Одинъ день -- и Римляне потеряли на мѣстѣ 80 тысячъ ратниковъ. Кому былъ обязанъ Ганнибалъ сими неслыханными успѣхами? кому былъ онъ обязанъ славными побѣдами, одержанными при Требій, при Тразименскомъ озерѣ, при Каннахъ? Конечно не Испанской инфантеріи своей, которая, какъ бы она хороша ни была, долженствовала уступить Римской; но Балеарскимъ практикамъ, которые были, такъ сказать, лучшими Артиллеристами того времени, и Нумидской своей конницѣ. Сіи послѣднія войска были вооружены легкими копьями, управляли маленькими, проворными лошадьми своими, безъ узды и маневрировали съ невѣроятною скоростію. Они утомляли непріятеля безпрестанными аттаками; здѣсь принуждали его къ сраженію; тамъ внезапно окружали его, а въ другомъ мѣстѣ нападали на него съ тылу. Сей необыкновенной образъ войны опровергнулъ всю тактику Римскую и это продолжалось до тѣхъ поръ, пока Римляне мало по малу отъ нихъ не научились, уничтожать ихъ предпріятія и ихъ манёвры.
Изъ сего ясно видѣть можно, что превосходство въ какой либо части воинскаго искуства должно необходимо имѣть слѣдствіемъ важныя, безпрерывныя побѣды. Съ другой стороны неоспоримо и то, что такія выгоды не долговременны. Коль скоро противникъ узнаетъ истинную причину превосходства; тогда можетъ онъ найти средства оную предупредить. Каждое искуство можно перенять или ослабить противодѣйствіемъ. Когда Сципіонъ высадилъ войска свои на берегахъ Африки; то первое стараніе его было, преклонить въ свою пользу одного изъ Нумидскихъ Королей, чтобы Нумидцами побѣждать Нумидцевъ. Симъ самимъ лишился Ганнибалъ одной изъ важнѣйшимъ выгодъ, и Римляне -- сдѣлались побѣдителями.-- Въ началѣ X столѣтія Венгры опустошали набѣгами своими Европу; слѣды ихъ ознаменованіе были отчаяніемъ и бѣдствіяни народовъ. Венгры были тогда народы ночующіе, которые питались грабежемъ и жили на лошадяхъ своихъ. Всѣ земли были имъ отверсты. Гдѣ они проходили, тамъ оставляли за собою пустыни. Сіи бѣдствія продолжались до того времени, капъ Генрихъ I, король Германскій, началъ строить крѣпости и города; формировалъ конницу, которая присоединила къ скорости движеній храбрость и знаніе въ тактикѣ. Тутъ Венгры были побѣждены; они оставили разбойническое свое ремесло и сдѣлались народомъ образованнымъ.