Гэллегер наклонился вперёд и жестоко хлестнул лошадь.
-- Пропустите, -- закричал он, потянув ослабленные поводья. -- Пропустите, говорю. Я этот кэб не крал, и у вас нет никакого права меня останавливать. Мне нужно в редакцию "Пресс", -- взмолился он. -- Они вам его вернут. Они вам заплатят. Я никуда с ним не убегу. Извозчика арестовали... он остался... а мне нужно в редакцию "Пресс". Вы слышите? -- закричал он. В его голосе были слышны страсть и досада. -- Говорю вам, пропустите, или я вас убью. Вы слышите? Я вас всех убью!
И наклонившись вперёд, мальчик ударил длинным хлыстом по лицам людей, стоявших возле лошади. Какой-то человек дотянулся до него, схватил за лодыжку, быстрым рывком сорвал с подножки и бросил на землю. Но Гэллегер тут же встал на колени и схватил человека за руку.
-- Пусть они меня пропустят, мистер, -- закричал он. -- Пожалуйста, пусть пропустят. Я не крал этот кэб, сэр. Ей-богу, не крал. Я вам всё расскажу. Пустите меня в "Пресс", и они подтвердят. Они заплатят, сколько попросите. Я так долго ехал, сэр. Пожалуйста, пусть они меня пропустят, -- зарыдал он, обхватив ноги человека. -- Ради бога, мистер, пусть пропустят.
* * *
Главный редактор "Пресс" поднял трубку:
-- Пока нет, -- сказал он, уже пятый раз за последние двадцать минут отвечая ночному редактору.
Затем он бросил трубку и пошёл наверх. Когда он проходил мимо двери отдела местных новостей, но заметил, что репортёры не ушли домой. Они сидели на столах и стульях и ждали. Они вопросительно посмотрели на главного редактора, а редактор финансового отдела спросил:
-- Есть новости?
Главный редактор помотал головой.