Я замолчалъ и, глядя на Эстеллу, соображалъ, въ какихъ словахъ продолжать, а миссъ Гавишамъ повторила:
— Это не ваша тайна, но чужая. Что же дальше?
— Когда вы впервые призвали меня сюда, миссъ Гавишамъ, изъ деревни, гдѣ я родился, — и хорошо было бы, если бы я никогда ее не покидалъ! — вы призвали меня случайно, какъ всякаго другого мальчика — изъ-за каприза или за плату?
— Такъ, Пипъ, — отвѣчала миссъ Гавишамъ, усердно кивая головой, — именно такъ.
— И м-ръ Джагерсъ…
— М-ръ Джагерсъ, — перебила меня м-съ Гавишамъ, увѣреннымъ голосомъ, — къ этому не причастенъ и ничего не зналъ. То, что онъ мой повѣренный и также повѣренный вашего благодѣтеля — простое совпаденіе. Онъ также служитъ и многимъ другимъ людямъ.
Всякій могъ бы видѣть, что пока въ выраженіи ея измученнаго лица не было ни уклончивости, ни скрытности.
— Но когда я впалъ въ заблужденіе, въ которомъ такъ долго пребывалъ, вы во всякомъ случаѣ поощряли меня?
— Да, — отвѣтила она, усердно кивая головой, — я не открыла вамъ правды.
— Неужели это добрый поступокъ?