Я только-что успѣлъ войти во вкусъ подобнаго катанья и начиналъ размышлять о томъ, какъ внутренность кареты напоминаетъ и хлѣвъ, постланный соломой, и ветошную лавочку, и какой странный обычай держать мѣшокъ съ кормомъ не подъ козлами, а внутри кареты -- когда я замѣтилъ, что извощикъ принимается слѣзать съ козелъ, откуда заключилъ, что путешествіе наше приближается въ концу. Дѣйствительно, мы вскорѣ остановились въ какой-то мрачной улицѣ, у конторы, надъ отворенными дверьми которой было написано Мистеръ Джаперсъ.
.-- Сколько? спросилъ я у извощика.
Извощикъ отвѣтилъ.
-- Шиллингъ, если не желаете прибавить.
Я замѣтилъ, что не имѣю никакого желанія прибавить.
-- Въ такомъ случаѣ, значитъ, шиллингъ, сказалъ извощикъ.-- Я не хочу нажить непріятности: я его знаю.
Онъ съ мрачнымъ видомъ покосился на надпись надъ дверьми и покачалъ головою.
Когда онъ получилъ свой шиллингъ, успѣлъ медленно вскарабкаться на козлы и уѣхалъ съ видимымъ удовольствіемъ, я взошелъ въ контору, съ своимъ чемоданчикомъ въ рукѣ, и спросилъ:
-- Дома ли мистеръ Джаггерсъ?
-- Дома нѣтъ, отвѣчалъ писецъ.-- Онъ въ судѣ. Имѣю ли я честь говорить съ мистеромъ Пипомъ?