-- Да, къ миссъ А, миссъ Гавишамъ тожь, отвѣчалъ Джо, съ такимъ формальнымъ видомъ, какъ-будто онъ диктовалъ свое завѣщаніе.-- Вотъ, что она мнѣ сказала: "Мистеръ Гарджери, вы, говоритъ, въ перепискѣ съ мистеромъ Пипомъ". Получивъ, однажды, отъ тебя письмо, я отвѣчалъ: "точно такъ-съ, сударыня". "Ну, такъ не скажете ли вы ему въ письмѣ, говоритъ, что Эстелла пріѣхала и желала бы его видѣть"?
Я чувствовалъ, что, взглянувъ на Джо, сильно покраснѣлъ. Одна изъ причинъ, заставившихъ меня покраснѣть, было сознаніе, что еслибъ я зналъ, съ какимъ порученіемъ пріѣхалъ Джо, я бы его принялъ совершенно иначе.
-- Просилъ я Бидди написать вамъ, воротясь домой, да она какъ-то неохотно бралась за перо. "Я знаю, говоритъ, онъ очень будетъ радъ это слышать отъ васъ самихъ, къ-тому же, вы очень желаете его видѣть. Сегодня праздникъ; поѣзжайте-ка". Вотъ я и кончилъ, сэръ, прибавилъ Джо, вставая съ мѣста.-- Желаю вамъ, Пипъ, чтобъ вы жили и поживали все счастливѣе-и-счастливѣе, дѣлались все славнѣе-и-славнѣе.
-- Но, вѣдь, ты, Джо, не уходишь же сейчасъ?
-- Да, я ухожу.
-- Но, вѣдь, ты придешь обѣдать, Джо?
-- Нѣтъ, отвѣчалъ Джо.
Наши глаза встрѣтились и "сэръ" замерло на устахъ благороднаго человѣка.
-- Пипъ, старый дружище! сказалъ онъ, протянувъ мнѣ руку: -- свѣтъ полонъ прощаній и разлукъ! И одинъ на свѣтѣ кузнецъ, другой -- мѣдникъ, третій -- золотильщикъ; вотъ между этими людьми и должны быть различія; но этимъ нечего огорчаться. Если кто-нибудь изъ насъ сегодня виноватъ, то это я. Я и ты, мы вмѣстѣ не можемъ быть въ Лондонѣ, и вообще нигдѣ, какъ посреди друзей, которые насъ понимаютъ. Не то, чтобъ я былъ гордъ -- нѣтъ, но я хочу всегда хорошо поступать, и ты никогда болѣе меня не увидишь въ этомъ платьѣ. Я нехорошо дѣлаю, когда надѣваю это платье. Я нехорошо дѣлаю, когда оставляю кузницу, свою кухню или наши болота. Ты будешь гораздо-лучшаго обо мнѣ мнѣнія, вспоминая обо мнѣ въ моемъ обыкновенномъ, замаранномъ платьѣ съ молоткомъ въ рукѣ или трубкою въ зубахъ. Ты будешь гораздо-лучшаго обо мнѣ мнѣнія, если когда-нибудь пожелаешь со мною повидаться и, заглянувъ къ окошко кузницы, увидишь кузнеца Джо въ изношенномъ сожженномъ передникѣ и услышишь какъ онъ стучитъ своимъ молоткомъ по наковальнѣ. Мнѣ очень, очень-тяжело и грустно, но, мнѣ сдается, я наконецъ добрался-таки до истины. Ну, прощай, Пипъ, Христосъ съ тобою, старый дружище, Христосъ съ тобою!
Нѣтъ, я не ошибся, онъ дѣйствительно имѣлъ какое-то врожденное достоинство. Уродливое платье его уже теперь не вредило ему въ моихъ глазахъ такъ же точно, какъ оно не могло и заслонить ему врата царствія небеснаго. Онъ тихонько поцаловалъ меня въ лобъ и вышелъ. Когда я пришелъ въ себя и побѣжалъ искать его въ сосѣднихъ улицахъ, слѣдъ его уже простылъ.