-- Бидди, моя милая, я думаю, вамъ теперь уже неловко будетъ оставаться здѣсь?
-- Дк, мистеръ Пипъ, мнѣ невозможно оставаться здѣсь, сказала она тономъ сожалѣнія и твердой рѣшимости.-- Я уже переговорила съ мистрисъ Гибль, и завтра же отправляюсь къ ней; я надѣюсь, мы вдвоемъ будемъ въ-состояніи печься о мистерѣ Гарджери, покуда онъ немного успокоится.
-- Но чѣмъ же вы будете жить, Бидди? Если вы будете нуждаться въ ден......
-- Чѣмъ я буду жить? повторяла Бидди, и яркій румянецъ на мгновеніе выступилъ на ея щекахъ.-- Я вамъ сейчасъ скажу. Я ищу мѣсто гувернантки въ новой школѣ, что скоро открывается въ деревнѣ. Всѣ сосѣди меня хорошо отрекомендуютъ, и я надѣюсь, что буду трудолюбива и терпѣлива, и, уча другихъ, буду сама учиться. Вы знаете, мистеръ Пипъ, продолжала она, улыбаясь и смотря мнѣ въ лицо:-- вѣдь, новыя школы не то, что старыя, но я съ-тѣхъ-поръ уже успѣла выучиться многому отъ васъ и имѣла довольно времени, чтобъ усовершенствоваться.
-- Я думаю, вы могли бы усовершенствоваться при какихъ угодно обстоятельствахъ.
-- А! Кромѣ самой дурной стороны человѣческой природы.
Это былъ не упрекъ, а скорѣе мысль вслухъ.
"Ну", подумалъ я, "лучше оставить въ сторонѣ и этотъ разговоръ".
Я прошелъ нѣсколько шаговъ, молча поглядывая на ея опущенныя вѣки.
-- Бидди, я до-сихъ-поръ не слышалъ подробностей о смерти моей сестры.